Он также небрежно упомянул мне:
«Даже если ты сумеешь легально изменить личность, тебе стоит знать, что женщины-Сарки вроде тебя также не считаются разумными в глазах других видящих. Если твоя раса будет обнародована Советом, я официально буду твоим хозяином. И если я запрещу что-либо, ты не можешь на это согласиться».
Мы ели на балконе, и в этот момент он помедлил, откусив от яблока и сделав неопределённый жест.
«Для нас это может быть хорошо, что они не могут соврать и сказать, что ты осознанно согласилась там, где имело место быть принуждение. При условии, что ты доверяешь мне в этом плане, конечно».
В ответ на эту тираду я уставилась перед собой, не зная, с чего и начать.
— Не разумными? — переспросила я. — В смысле, не имеющими разума?
Он пожал плечами.
— Это юридическая фикция, чтобы оправдать необходимость владения.
— Но почему именно женщины? — спросила я.
— Не женщины, — сказал он, глядя на меня. «Ты неправильно понимаешь. Эти законы созданы, чтобы контролировать видящих с телекинетическими способностями».
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать. И все же я вынуждена была признать, что в этом был смысл, учитывая историю с Сайримном.
Наконец, я пожала плечами.
— То есть, я теперь отношусь к другой расе?
Ревик поразил меня, жестом показав подтверждение.
— Ну, — поправился он, мельком заметив моё выражение. — Не совсем. Твоя кровь несколько отличается, но такую аномалию имеют и другие видящие, которые не являются телекинетиками. Ты можешь иметь потомство с нами. Ну… насколько я знаю.
Он поколебался, глядя на меня, стоявшую у балкона. Кажется, он уловил тот факт, что я знаю, что он чего-то не договаривает.
Он добавил: «Считается, что телекинез хотя бы отчасти передаётся через гены. То есть от женщин он потенциально может передаться потомству. Это делает тебя очень ценной, Элисон, и в некотором роде это даже более реально для тех, кому может не быть дела до твоей значимости как Моста. Мне неизвестно, насколько суеверны некоторые из верхних уровней Шулеров. Хотя считается, что сам Галейт довольно религиозен».
— Галейт? Это их лидер, да?
— Да, — в ответ на мой неотрывный взгляд его бесцветные глаза сделались нетерпеливыми. — Ты должна понимать, что они записали то, что ты сделала в закусочной. Тебе некого винить, кроме себя самой, Элли.
Но я припоминала кое-что ещё. Мост через озеро Вашингтон — то, как дорожное ограждение как будто само собой сложилось прямо перед тем, как мы в него врезались. Я вынуждена предположить, что хотя бы некоторые Шулеры, гнавшиеся за нами, видели, как я это сделала — если они наблюдали из Барьера.
Когда я вновь взглянула на него, взгляд Ревика сделался ещё более раздражённым.
Более того, я уловила оттенок сердитого недоумения.
— Элли, — произнёс он. — Тебе не стоило делать это. Особенно пока у них был доступ к твоему свету. Это в высшей степени глупо.
— Ну простите, — сказала я, издав негодующий смешок. — Кажется, я спасла твою задницу во время этого инцидента… Дигойз.
— Никогда больше так не делай, — злость в его глазах сделалась более явной. — Ни для меня, ни для кого-то ещё, Элли.
Почувствовав, как моя злость разгорается по-настоящему, он резко щёлкнул на меня.
«Какую бы историю ни выдавали человеческие СМИ, будь уверена, что если Шулеры знают, что ты телекинетик, то и СКАРБ знает, кто ты. Даже если мы изменим твою личность для людей, видящие захотят заверений, что ты будешь покладистой. А кто-то захочет, чтобы ты произвела потомство. С твоего согласия или без него».
— Покладистой? — переспросила я, едва сдерживая ярость. — Произвела потомство?
Сосредоточившись обратно на еде, Ревик пожал плечами, поправляя тканую салфетку на коленях и глядя на залитый солнечным светом океан.
— Мы разберёмся с этим, когда придётся. Сейчас у тебя есть защита. Вэш сделает все в его силах. И я тоже, — он не поднимал взгляда от разрезаемого куска мяса. — Я не оставлю тебя в дурной позиции, — ворчливо добавил он. — И я прошу прощения, если я показался неблагодарным. Это не так. Просто я не понимаю, как ты можешь делать все эти вещи, Элли. Или почему ты как будто не понимаешь, насколько все серьёзно.