Он существует. Он меня не обманывал. Может, у него возникли срочные дела, а в мессенджере случился временный сбой. Это многое бы объяснило, но я все равно опасаюсь включать телефон.
Однако по мере приближения к мрачному, сказочному скверу, где Спирит эпично разобрался с навязчивыми нетрезвыми «джентльменами», меня захлестывает радостное возбуждение. Шах и мат, Лиза! Если моего защитника нет в природе, как, по-твоему, я смогла от них сбежать?..
Переключаю внимание на слабую, испачканную красками руку и вдруг почти вижу, как она загребает из кучи строительного мусора песок и бетонную крошку и молниеносно швыряет в красные воспаленные глаза алкашей.
Разве это… мое воспоминание?…
Я хватаю ртом воздух и впадаю в безмолвное, парализующее отчаяние.
Мимо проплывает старая площадь, могучие темные ели, пустые скамейки и фургон с надписью «Мороженое». У подножия монумента, посвященного героям Гражданской войны, сидит старичок со смешными усами, отдаленно похожий на Сальвадора Дали, и я, дернувшись, как от удара током, взвизгиваю:
— Пап, останови!
Папа по инерции нажимает на тормоз и ошарашенно оглядывается. Анна и Лиза тоже изрядно напуганы, но мне сейчас не до них.
Выскакиваю из машины и со всех ног бегу к старику, он — связующее звено между явью и миром моих надежд, только он может подтвердить, что я не сошла с ума и дать мне координаты Спирита…
— Здравствуйте! — я не знаю, с чего начать разговор и на всякий бросаю в его пыльную шляпу скомканную сотку.
— Блага и вам, — глухо шамкает старик, достает из кармана потрепанную колоду и ловко тасует. — Чем мне вас удивить? Показать фокус? Погадать на судьбу?
Я опускаюсь на корточки и исступленно шепчу:
— Помогите найти одного человека. Я знаю, кто вы на самом деле. Удивите меня волшебством!
Старик застывает, поднимает на меня пустые, давно погасшие, мутные глаза, съеживается и накрывает ладонями уши.
— Я не знаю, про что ты… Я фокусник, фокусник. Я ничего плохого не делаю, просто потерял документы! Уходи, что тебе от меня нужно? Негодяйка… Уходи, уходи!
Он воет, трясется, судорожно подбирает с брусчатки рассыпавшиеся карты и проворно сбегает, а я немею от разочарования и подступивших к горлу слез.
Никакой это не Волшебник. Не призванный, не ожившая городская легенда. Старый, нищий бомж, выживший из ума.
— Убедилась? — подоспевшая Лиза берет меня под руку и, утирая рукавом свои покрасневшие щеки, уговаривает: — Варя, хватит меня пугать. Черт, мама ведь рассказывала, что твое буйное воображение однажды уже давало сбой. Я постоянно предъявляла тебе претензии и что-то от тебя требовала… Из-за выходок Фантома я была не в себе, но я искренне рада, что ты задала им жару. Спасибо, и извини меня, ладно? Хочешь, я тебе всю коллекцию манги подарю? Или настрою планшет так, чтобы ты смогла на нем рисовать? Пойдем домой. Пожалуйста…
Адски кружится голова. Неужели я и вправду не справилась и нашла вот такой спорный выход из непроработанной травмирующей ситуации?.. И теперь я один за другим теряю фрагменты прочного фундамента, на котором зиждилась моя новая и такая прекрасная жизнь, и словно иду по воздуху прямо над пропастью.
Здравый смыл кричит: а ведь действительно, в стройной теории мироздания, с которой я прожила последние недели, не было решительно никакого смысла. Как же так вышло, что поверить в реальность городских легенд и существование Спирита мне было гораздо легче, чем возвращаться в суровую повседневность без чудес?..
Послушно плетусь за Лизой к машине и опять заставляю себя «заземлиться». Я Варя, мне шестнадцать. Я переехала сюда из другого города в надежде многое в себе изменить…
— Юша, разве можно пугать водителя во время движения? — ворчит папа, как только я плюхаюсь обратно на сиденье, и я сконфуженно бубню:
— Пап, я так хотела победы в этом конкурсе, что пообещала себе: если выиграю, обязательно подкину денег нищему.
— Внучка своей бабушки, — улыбается папа и заводит мотор.
***
Ливень с порывами бешеного ветра настигает нас возле подъезда, но я в три прыжка оказываюсь под бетонным козырьком и не успеваю промокнуть. В памяти вспыхивает ворох ярких ложных воспоминаний — Спирит и его успокаивающие слова про дождь. Спирит и его несуществующие объятия… Спирит и его безоговорочная вера в мою исключительность.
Я до скрипа и ломоты стискиваю зубы и усмехаюсь. Браво, Варя… Отличный способ перебороть свои глубинные детские страхи.