После встречи с этим человеком я поехала обратно в хостел, не люблю оставаться с ночёвкой, в отличие от моей подруги, которая приехала только утром. В течение следующей недели мы встречались с разными мужчинами, было несколько встреч втроем, мы с подругой и какой-нибудь мужчина. Нам попадались как милые, домашние изменщики, так и отвратительные извращенцы. Помню, как одному мужику лет 30 нравилось передавать слюни по кругу, мы плевали друг другу в рот и передавали другому, если бы не моё умение контролировать рвотный рефлекс, то я бы не выдержала. Но так как я каждый день по нескольку раз вызывала у себя рвоту, то смога сдержаться, а вот бедная подруга всё ещё не умела так легко контролировать рвотный рефлекс, из-за чего постоянно бегала в туалет. Да, грязи было много, больше, чем можно себе представить. Другому мужчине нравилось заниматься этим в офисе, это он нам так рассказывал, на самом же деле, он просто жалел деньги на отель. Поэтому мы занимались этим втроем на большом офисном столе, а потом на кожаном диване, что так противно липнет к телу. Были мужчины, которые кончали в час по 3 раза, в перерывах мы беседовали. Обычно в тройном акте мужчина выбирал одну из нас и уделял ей больше внимания, в то время как другая могла отдохнуть, просто стимулируя прочие эрогенные зоны мужчины, а если мы оставались с ночёвкой, то быть, не сильно понравившейся подругой, означало ночной сон. Однажды кому-то из нас написал богатенький армянин, позже оказалось, что у него был друг. Началось все с диалога в машине. Мы договорились встретиться с ними на улице, потом сели к ним в машину, и они стали уговаривать нас на меньшую сумму. Торговаться было бессмысленно. И вообще, мы уже были не в том положении, чтобы отказывать. Было слишком поздно, так как мы сидели в запертом огромной внедорожнике, безопаснее всего было пойти им на встречу, а не выпрашивать лишнюю тысячу за своё тело. Поэтому мы согласились на сумму, в 3 раза ниже, чем мы обычно просили за групповой секс. Они сняли нереально дорогой отель. Мы с подругой переглянулись и поняли друг друга без слов «лучше бы они эти деньги нам отдали, чем за это платить», позже мы конечно озвучили эти мысли вслух, но перед этим нам предстояло нечто. Мы зашли в просторный вестибюль, на мне были наделы солнцезащитные очки. Мне неприятно общаться с армянами, я не люблю эту нацию, уж не знаю почему. А зайти в отель в компании двух состоятельных представителей этой нации, означало для меня позор высшей категории. И пусть на меня косо смотрели люди, и многие поняли, зачем мы с подругой зашли туда, и кто эти нерусские люди, что стоят рядом. Мне было плевать. Только бы никто не видел моих глаз. Мы зашли в номер, разбежались по разным комнатам (они предварительно выбрали кто с кем будет), и принялись за дело. Тот что моложе, закончил быстро, а тот что постарше и противнее (именно он выбрал меня), оказался стойким. Он не менял презерватив больше часа, только периодически ходил в душ, обмывался и мыл один и тот же презерватив. На такое способны только скупые старые армяне, чудом заработавшие на дорогой автомобиль, но моющие презервативы в целях экономии. Как от него противно воняло. Этот армянский запах пота даже, эта противная липкая спина, покрытая непонятными бородавками, я не забуду, наверное, никогда. Позже мы поменялись партнерами, молодой получил удовольствие второй раз, только теперь благодаря моим стараниям, а вот моя подруга мучилась с тем гадким, не сдающимся «недомужиком». Из-за продолжительности актов естественная смазка уже давно не выделялась, а помытые презервативы натирали так больно, что, казалось, ещё пару минут и польются слёзы. Но мы терпели. Мы умели терпеть. Сколько же сил было потрачено в тот день. После этих мужиков я ещё больше не люблю нерусских. К счастью, нам всё-таки заплатили за интим, чего можно было и не ожидать от этих скупердяев. А когда все оделись и просто сидели на шикарных креслах, подруга заметила, как один из них пытается незаметно сфотографировать наши лица. Тогда мне стало страшно, а подруга в миг превратилась из милашки в настоящую стерву и нагло требовала удалить все фото на её глазах, чтобы она видела. Если честно, то мне одной не хватило бы столько мужества говорить с ними в таком тоне. Да и вообще, я бы вряд ли заметила, как они снимают нас. Но если допустить только мысль о том, что наши фото гуляют на просторах интернета с надписью «дают армянам за трёшку» или что-то вроде того, то к каким последствиям это все могло привести? Даже думать не хочется. Хорошо, что нас вообще выпустили из этой машины. И вот мы стоим в паре домов от хостела, у каждой по три тысячи рублей, стёртые промежности и небольшой шок от наглости этих людей. Зачем они нас хотели сфотографировать? Что им это даст? Нам не хотелось об этом думать, и мы просто пошли в наше временное жильё, ещё раз помылись, переоделись в домашнюю одежду и просто лежали на кроватях, вечером сходили в аптеку, купили заживляющую мазь и поклялись больше никогда не связываться с нерусскими. А на следующий день нас снова ждали встречи, снова надевать красивое бельё, выпрямлять волосы, краситься, повторять легенды, и вставлять улыбку как настроение по умолчанию. Параллельно всему этому я конечно же объедалась и блевала. В хостеле было неудобно, люди не поймут, зачем я столько ем и почему так часто хожу в туалет, а вот торговые центры подходили для этих целей идеально. Дешёвая еда на фуд-кортах и туалеты в пару метров делали меня счастливее. А когда я возвращалась со встреч поздно, то шла в супермаркет, покупала разные вкусности вроде шоколада, булок, мороженного и чего только мне хотелось, потом могла съесть большую шаурму, прийти в хостел, прочиститься, потом снова в магазин или в пекарню и так до вечера. Иногда блевала прямо в кустах в неухоженных дворах стареньких многоэтажек. Я в прямом смысле спускала деньги в унитаз. Я блевала не только дешёвой едой. Спокойно могли заказать с подругой сет суши и роллов на большую компанию, съесть все за раз, а потом выблевать полторы – две тысячи. Мы не считали деньги. Мы просто покупали то, что хотели. Прекрасно-ужасное было время. Свободно-зависимое и финансово спокойно-тревожное. Так мы и прожили в хостеле ещё неделю. Да, все события происходили на столько концентрированно, что я сейчас сама себе удивляюсь. Бывало, что в день мы успевали на 3 встречи, а вечером уезжали с ночёвкой в какому-нибудь богатенькому, но скучающему мужику. Утром мне написал Гоша, пригласил на концерт. Я так соскучилась за те пару месяцев, что не видела его. Ведь, я всё еще чувствовала тягу. Мне всё ещё хотелось снова почувствовать его запах, прижаться к нему и забыть обо всём. И я охотно согласилась. Концерт был уж