е вечером, но мне предстояла встреча в обед. Я просчитала время, и должна была всё успеть. А утреннее время я потратила на еду и прочистки. После нескольких часов обжорства и рвоты я собралась, накрасилась и ожидала sms от мужчины, что написал мне накануне. Один мужчина, возрастом примерно пятидесяти лет, назначил встречу в его новой квартире. Мы договорились о сумме, хотя, моя стоимость, вернее, стоимость времяпровождения со мной, показалось ему слишком высокой, однако, я никогда не торговалась, а просто ставила перед фактом. Он встретил меня где-то в центре города, я села в машину, и мы поехали. Он много говорил, а я как всегда строила из себя умную, понимающую различные сферы жизни. Я могла поддержать абсолютно любую беседу, и я понятия не имею, от куда я могла знать хоть какую-то информацию о бирже, программировании, медицине. Я вообще никогда не интересовалась этими темами, тем не менее, всегда находила у себя в памяти какие-то обрывки информации и уместно вставляла их в диалоги. Также я использовала метод «зеркало», если я совсем не могла ничего сказать в ответ. Я строила сложные предложения, употребляла редкие слова, иногда даже устаревшие, чтоб собеседник понял, что я начитанная, умная девушка, хотя на самом деле, таковой не являлась. Так вышло и с этим пожилым мужчиной. Мы говорили с ним о политике всю дорогу, потом говорили обо мне, я, как всегда, рассказала свою легенду про университет, про репетиторство, про сестру, которую нужно содержать, а мама не помогает. И знаете, когда я им говорила фразу «мама не помогает», я словно мстила ей за прошлое. Это была некая компенсация. И мне было одновременно приятно принижать свою мать и стыдно, ведь я вызывала жалость, хотя совершенно этого не хотела. Итак, мы приехали в его, ещё не обустроенную квартиру, я приняла душ, и мы занялись сексом. С первых же минут интимной близости, я поняла – он занимается спортом. Настолько активной и высоко энергозатратной близости у меня ранее не было. Он очень долго не заканчивал, а только менял позы, крутил меня как игрушку, много потел. Я не ожидала такого активного секса, я очень устала. И вот, спустя пару часов, они показались мне целой вечностью, всё завершилось под громкие, пугающие звуки удовольствия. Я упала на кровать обессиленной как физически, так и морально. Я поняла, он ожидал от меня большей активности, но это не в моей природе. По средним меркам, я и так достаточно инициативна в постели, но это пожилой мужик, как я сейчас понимаю, употребил виагру или что-то вроде этого. После изнурительного «фитнеса» я приняла душ и ждала его в просторной кухне, заполненной запахом новой мебели, запахом древесины. Именно этот запах ассоциируется у меня с папой, ведь он был столяром и в нашем доме всегда пахло вырубленным деревом. Я сохранила память об этом запахе на всю жизнь. Только в тот день он принёс мне не самые лучшие ассоциации. Стоять в полотенце в незнаком квартире, где тебя только что поимел старик, и одновременно думать о папе не очень приятно, даже стыдно. Но очень скоро из душа вышел мой недавний знакомый, мы оделись и сели в машину. Он предложил довести меня ближе к центру. Времени до концерта Гоши оставалось всё меньше. Я понимала, что уже не успею принять душ, а пока это старик стоял на заправке и пил кофе не спеша, уговаривая поехать вместе с ним в ночной клуб, я поняла – уже не успею даже переодеться. Он словно тянул время специально. Но я не могла его торопить или настаивать. Я не могла сказать «просто отвезите меня поскорее», ведь он мне ещё не заплатил. И вот я сижу с растрепанными от ветра волосами, без макияжа, в «рабочем» платье в машине у человека, с которым только что переспала за деньги, а мой Гоша собирается на концерт, на который я уже не успеваю. Как я могла променять встречу с этим противным мужиком на встречу с Гошей? Как это вышло? Почему я вообще сижу в этой машине? Почему он так долго не хочет уезжать? Зачем он уговаривает поехать с ним куда-нибудь ещё? Как на меня посмотрят люди в ночном клубе рядом с этим стариканом? На что он надеется? Я не буду позориться рядом с ним. Он мерзкий, противный, самовлюблённый мудак, который до сих пор не заплатил мне. В эти минуты я смотрела на время, и ещё больше ненавидела весь мир. Я понимала, что сама себя посадила в эту чёртову машину, сама согласилась на встречу. Да, я была разочарована своей жизнью в те минуты. Я вдруг поняла, что безвозвратно променяла все светлые чувства на грязь. По разные чаши весов находятся отношения, чистая репутация, детская нежная душа и вся эта грязь, секс за деньги, стыд перед осуждающими взглядами администраторов. Я сама не заметила, как променяла всё, за что меня так любили окружающие на то, что мне приносило удовлетворённость жизнью. И как бы абсурдно это ни казалось, но в те минуты в машине мне было больно от осознания невозвратности. Но если бы в тот момент у меня спросили, хочу ли я вернуть время и пойти другим путем, то я бы ответила отрицательно. Мне нравилась вся эта грязь, но она требовала «отключения» чувств. Морально трудно стоять голой перед мужиком, старше тебя в 3 раза и вспоминать о папе, слушать от какого-нибудь мужика рассказы о детях и жене, ведь тогда я вспоминала свою маму, невольно проводя аналогии с нашей распавшейся семьёй, сложно врать о том, что деньги нужны на содержание сестры, хотя на самом деле я их просто проблёвывала и испытывала стыд при этом. Конечно, все эти негативные эмоции я заедала, а потом избавлялась от всего – стыда, страха, неуверенности в себе, беспокойства, скуки, ненависти к себе и конечно же от еды. Но в один момент это перестало работать. Грязи становилось всё больше, и еда не справлялась с этими потоками сдержанных, невысказанных, невыраженных чувств. И тогда я решила – я не хочу ничего чувствовать. Я не хочу быть такой слабой, не хочу быть живой. И постепенно я заставляла себя ничего ни чувствовать, ни замечать людей, их реакции, не запоминать лица мужиков, с которыми спала, не слышать критику, не позволять людям повлиять на меня. Я словно сказала сама себе «мне плевать на всё, я живу, чтоб наслаждаться». И каждый следующий день я просыпалась свободнее, легче, словно из меня вылетают детали от машины, которые временно не используются, без них машина поедет легче, с большей скоростью, но когда-нибудь придёт время и, возможно они снова понадобятся, а может машина сломается ещё в пути, не известно…