— Да, ладно тебе, я просто поговорить хотел…
— Вот — вот с этого всё и начинается, сначала поговорить, потом потрогать, а потом уж…
Поняв, что это не его день, Костя поднялся. Что в самом деле тут высиживать. Бутерброды съел, кофе выпил. Подождав ещё минуту, ну а вдруг…, буркнул:
— Расфантазировался. Пойду я.
— Вот и иди, а то у меня дел вагон, а я на сказки твои трачу золотые минутки. Слышал поговорку время — деньги. Это ты на фиксированной зарплате сидишь, а я их зарабатываю сам и на твою зарплату кстати тоже.
Расхотев уходить, он упёр кулаки в крышку стола.
— Успеешь, заработаешь у меня получка уже была, а следующая не скоро будет… Какие к бесу сказки, американцы весь аэропорт перевернули, уползшую змеюку ищут, люди боятся летать, компании убытки терпят.
— Тебе-то до их убытков какое дело, премию дадут? У них теперь неделю будет о чём поговорить. Телевиденье наверняка в ударе. Глядишь кому-то что-то померещиться, потом в домах начнут ловить. Это главное начать. У них другая жизнь и другие забавы.
— Балабол. Как тебя генеральным поставили.
— Тебя забыли спросить. Топай отсюда. А то от собственной наглости тронешься. На что время теряю…
Не совсем довольный оперативник ушёл, а Эдик поспешил в отдел к Людмиле проверить, как она там. Он не сомневался, фокус со змейкой в самолёте, её работа. Похоже, следователь тоже об этом догадывается, только боится такой фантастический ход предположить. Бодренько поздоровавшись с коллективом, он прошёл к столу жены. И коснувшись в наклоне щекой её порозовевшей щеки, промурлыкал:
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально.
Но складочка на переносице говорила ему об ином.
— А почему такое дремучее настроение?
— Вот посмотри…
— Что это? — взял он в руки без энтузиазма протянутый журнал.
— Машину времени пытаются создать. Аж три страны.
Он подвинул свободный стул от соседнего стола и уселся рядом.
— Ну и что? Это только попытки. Романы на эту убойную тему пишутся давным — давно.
— Сейчас это опасно, придётся разрушать, — долетел до его ушей её горячий шёпот.
— Ты шутишь?
— Ни капельки. Меня настораживает, что все более совершенные технологии служат грязным целям. Люди упорно используют прогресс во вред себе. Остановить развитие науки я, конечно же, не могу, да и смысла не вижу, а вот не дать создать адскую машину, это в моих силах.
— Ты сведёшь меня с ума.
Она, улыбаясь доверчивой улыбкой ребёнка, заверила:
— Не волнуйся, без тебя я не сделаю даже шага.
Он не особо доверяя пробурчал:
— Хоть это радует. У меня сейчас совсем нет времени. Шустрый оперативник всё утро бреднями голову грузил.
— Что он хотел, — насторожилась она.
— В самолёте во время полёта, была укушена змеёй американка. Вот и прискакал.
Её глаза вспыхнули.
— А ты причём?
Не заметить этого он не мог и главное — не удивилась.
— Он сопоставил два этих события, моё освобождение со змеями и укус змеи в самолёте.
— У него вопросы к тебе?
— Скорее к тебе и себе. Он как жираф в тумане.
— Это ещё, что такое?
— Жираф по туману топает, а голова над туманом плывёт. Вроде бы и тумана нет над ней, а на земле всё равно ни черта не видно.
— Умный парень.
— Похоже так. Я его отправил. Но ты поосторожнее. Я побежал, дела жмут. С обедом не получится, с девчонками в кафе сходи. Время в обрез, и то на фигню какую-то теряю. — Чмокнув её в ушко, потом в щёчку и добравшись до губ, выскочил из кабинета. Народ покрутил сведёнными шеями. «Интересное кино»
34
Вечером, гоня по горящим заревом улицам города и тёмному пригороду машину домой, он посматривал на дремлющую жену. Устаёт, а увольняться не хочет. Если б можно было уговорить: слишком большой риск потери ребёнка. Не желая того, резко тормознул, она, качнувшись вперёд, проснулась. Отец уговаривает перестать крутить баранку самому и уступить место водителю, но он так любит гонять сам. Надо себя сдерживать. Он извинился, она протёрла глаза. Помявшись, он опять теперь уже сам вернулся к журналу со статьёй о ведущихся разработках «машины времени».
— Может всё-таки это болтовня. Журналисты любят искать кошку в тёмной комнате.
— Да нет, похоже, это серьёзно, — покачала головой она.
— Ты ж ничего одна не сможешь сделать?
— Почему одна. Нас посвящённых в тайны жрецами не много, но мы есть. Сгруппируемся. Машину времени создавать нельзя. Потом, «сыны неба» помогут.
— Ты о ком? — насторожился он.