— Ты тоже можешь взять кредит, купить компьютер, — Сима была благодарна достижениям техники за те перемены, что произошли в её жизни. — Ребёнку в школе вскоре пригодится.
— Мне сначала нужно новый холодильник купить, — мечты у Шурки были более простыми. — Неделю назад мастера вызывала, теперь снова холодильник испортился.
— Ну и на холодильник возьми кредит. Сейчас многие живут в кредит. Попробуй.
Сначала Шура приобрела новый большой холодильник, с большой морозильной камерой, на две головы выше человеческого роста. Можно было и меньше, но ей хотелось, чтобы не хуже, чем у людей. Не выплатив первый кредит, взяла другой, потратила его на компьютер.
Входя во всемирную паутину, осваивая новую технику, Шурка даже задумалась об учёбе, начала штудировать электронные учебники, пришла к выводу, что совсем реально можно заочно выучиться на бухгалтера. Однако трудно заставить себя каждый вечер корпеть над книгами. Через какое-то время её желание учиться значительно уменьшилось, а потом и совсем пропало.
Неожиданно возникли проблемы со здоровьем. И в ветреную погоду, в дождь и снег, в мороз нужно всё время находиться под открытым небом. Зимой работы было больше. Работать лопатой, разгребать снежные сугробы очень тяжело. Вспотеешь, разогреешься, а сквозняки во дворах — дело обычное. Как ни старалась, а вырваться из цепких лап простуды никак не получалось. Выходить на работу с температурой, больным горлом или кашлем в дождь, мороз небезопасно. Приходилось брать листок нетрудоспособности, а самое худшее — тратить деньги на лекарства.
Вновь она не рассчитала, не предвидела возможные траты, пришлось прибегнуть к экономии. Казалось бы — много ли ей с Верочкой нужно? Но сейчас Шурка заметила — питание их стало совсем простым: каша, капуста без мяса, супы, от которых дочь часто отказывалась. А картошки хватало круглый год. В сентябре Шурка брала отпуск, ездила на уборку в колхоз, который за работу платил картошкой — мешок за день. В итоге, картошка и выручала: варили, жарили, тушили, пекли оладьи и драники. Мясо и рыба попадали в меню все реже и реже. Зимой хотелось фруктов, но и цены кусались. Половину её зарплаты отдавали за кредиты, а в последнее время деньги шли и на лекарства. Учёбу она забросила. Вечерами, укутавшись в тёплый плед, смотрела мелодрамы. Они ждали лета, надеясь, что солнце, тепло будут для них лучшими докторами.
В дверь постучали. Обычный стук, только разве что немного сильнее, чем обычно, сейчас стук казался каким-то нетерпеливым, настойчивым. Частые визиты соседей были причиной одолжить спички, соль, яйца. Конечно, проще сходить к соседу, чем бежать в магазин: неизвестно ещё, будет ли торговая точка открыта — возможно, выходной, возможно, санитарный день или вообще продавец ушёл по своим делам.
Шурка открыла дверь и с удивлением увидела на пороге Бориса. На лице такая знакомая ухмылка. Нет, ещё что-то незнакомое успела заметить на его наглом самоуверенном лице. Вид, вместе с тем, казался помятым, глаза опухли.
— Привет, — не дождавшись разрешения войти, Борис своим телом оттолкнул её с порога, вошёл в комнату. — Не ждала? — после короткой паузы окинула взглядом комнату.
Говорил он, как и раньше, уверенно, как с хорошей знакомой, словно и не было продолжительного расставания, споров, ссор, обиды.
— Ничего себе устроилась. Ясное дело, не шик, блеск, но уютненько, правда, места маловато, — его похвала показалась Шурке верхом наглости. —А я досрочно освободился. Мать умерла, отец спился. Вот, вспомнил, что на свете у меня есть близкая душа, захотелось посмотреть — что и как?
— Ага, увидеть захотелось. А почему раньше не было такого желания? — постепенно Шурка начинала отходить от растерянности. — Где ты был, когда все беды на меня свалились?
— А ты стала ещё более красивой, — Борис словно и не слышал её.
Порой Борис казался тем, прежним, которого полюбила той тяжёлой, мучительной любовью, но что-то в нём и пугало. Воспоминания о Борисе, проведённые с ним годы вспоминались реже и реже, боль утихла, обиды не казались смертельными. И та злость, решительность прогнать, вычеркнуть его из своей жизни вдруг почему-то пропали. Она сделала несколько шагов по комнате, отступила от него, зная его напор и силу.