— А ты претендуешь на клыкастую? — пошутил я.
— Так если задом развернуть, клыков-то не видно будет, — широко улыбнулся тот.
Данилевский фыркнул.
— А это, кстати, кто? Заместитель Егора?
— Вообще ни разу, — возразил я. — Локи мой… попутчик. У него есть свой интерес в Балке.
— Если это самки, то боюсь огорчить, — Ян выразительно приподнял одну бровь. — она здесь единственная, и представлена в виде плодоносящего желе. Все охотники — самцы. Точно так же, как, например, в улье рабочие пчелы — все самки. И их задача — кормить и защищать свою бесформенную королеву.
— Жопы — это хорошо, но вообще я здесь не за этим, — Локи поднялся с корточек, на глазах эволюционируя из дурашливой обезьяны во внезапно серьезного человека. — Я тут ищу кое-кого. Мужчина, рост метр восемьдесят, на вид около сорока лет, вес порядка девяноста килограмм. На плече татуировка китайского дракона, волосы темные, спереди с правой стороны наверху не хватает трех зубов. Попал сюда четыре месяца назад.
Данилевский покачал головой.
— Без вариантов. Только если у него есть какая-нибудь хитрая способность, как у меня. Но Балка на самом деле не так велика. Будь здесь кто-то живой, я бы точно знал…
В проходе опять кто-то заурчал. В этот раз — настойчивей. Дело кончилось лязганьем зубов и визгом.
Ян недовольно покачал головой, глядя в сторону удаляющегося звука.
Локи тем временем с расстроенным видом почесал щеку.
— Печально, однако, — вздохнул он. — Очень печально… Но может, хоть что-то от него осталось? Голова там, к примеру. Чтобы я мог на нее облегчить свою душу вместе с прямой кишкой.
Ян вопросительно посмотрел на меня.
Я развел руками. Ну, вот такой контингент. Что поделаешь.
— Мягкие ткани взрослого оленя перевариваются меньше чем за неделю. Так что даже если тут что-то осталось, ты никак не опознаешь останки. Череп он и есть череп.
— Ему бы рану перевязать и вывести как-то наружу, — сказал я Данилевскому. — Может, если уберем главный раздражитель, все стихнет?
— Думаю, нам всем было бы неплохо выбраться отсюда, — задумчиво кивнул Ян. — Все-таки в клетке со львами дрессировщик должен быть без компании. Подождите, я подготовлю проход.
Я возражать не стал. Сидеть в Балке, в глухом тупике и слушать голодные завывания хозяев дома было не очень-то комфортно.
Данилевский ушел, а я вытащил из рюкзака бинты, антисептик, ранозаживляющее и антибиотик в шприце-тюбике.
Локи молча подставил плечо. Выглядел он мрачнее тучи.
В Балке стало тихо.
Вскоре вернулся Ян. Желтые глаза его светились, будто где-то в их глубине была встроена лампочка. Среди мешков откопал тяжелый рюкзак, взвалил на спину. И скомандовал:
— Я иду первым, вы — следом. Держимся плотно, не растекаемся. Я отослал два выводка подальше отсюда вместе с их главарями, трое альф будут нас сопровождать. По большому счету, нам нужно только выйти из норы, пройти буквально пятнадцать метров и подняться по склону — там он как раз не так давно обвалился, так что подъем будет легким. Но есть нюанс. Что бы не случилось, даже если какая-то непокорная особь постарается вас задеть, кровь проливать нельзя. Запах крови сородичей включает в них ярость защиты гнезда. Даже если альфы не выйдут из-под контроля, они все равно не смогут удержать такую толпу. Понятно? Только отталкивать. Оглушать. Сбивать с ног. Бить кулаком, ногой. Но никакой крови.
Ян кивнул в сторону выхода, где в земляном проеме маячили три угрюмые, приземистые тени. Их низкие лбы, тяжелые челюсти, белесые глаза и зубы с выдающимися вперед желтоватыми клыками производили не самое дружелюбное впечатление.
Но твари стояли неподвижно, лишь изредка поводя плечами, и в их позах читалось подчинение.
Это были «наши».
— Пошли, — тихо скомандовал Данилевский и первым шагнул в туннель.
Я пропустил вперед Локи, и мы двинулись следом за Яном.
Проход был низким и узким. От шествующих впереди тварей отчаянно несло жуткой тухлятиной. Спина Яна в двух шагах впереди перекрывала почти весь свет, и мы шли почти на ощупь, время от времени задевая свод головой, отчего земля с шелестом осыпалась нам на плечи.
Впереди блеснул серый, тусклый свет. Выход.
— Сейчас, — предупредил Ян, почти не оборачиваясь. — Будьте готовы.
Мы выбрались из норы в основное русло Балки. Теплый влажный воздух, смешанный с едким запахом поднимающихся в небо паров, ударил в лицо. Мы оказались на дне неглубокого оврага, заваленного буреломом и камнями. На удивление, из уродцев здесь никого не было. Только справа метрах в десяти на полусогнутых ногах застыл один из младших представителей клана — еще совсем розовый, гладкий, практически без волосяного покрова на теле и голове.