— Не-а, — все с той же улыбкой отозвался Локи. — Не устраивает.
— Тогда пошел нахер отсюда, — негромко и довольно спокойно ответил я, но мой усталый хриплый голос прозвучал неожиданно устрашающе.
Данилевский весь подобрался, напрягся.
А Локи только языком прищелкнул. И, не переставая улыбаться, протянул:
— А если и это меня тоже не устраивает?..
Договаривать последнее слово ему пришлось в полете.
На скорости я буквально вынес его на себе из комнаты, оборвав брезентовую занавеску и с грохотом вдавил в железную дверь.
— А мне насрать! — прохрипел я, вжимая его в металл с такой силой, чтобы он не мог пошевелить руками.
— Монгол!.. — окликнул меня со спины Данилевский, но на это мне тоже было насрать.
— Запомни, ты, шут гороховый, мне глубоко плевать, что там тебя устраивает и каком месте. У меня есть задача — выбраться отсюда живым. Чем быстрее, тем лучше. И когда я знаю, что надо для этого делать, я это делаю. Не спрашиваю, не обсуждаю, не интересуюсь общественным мнением. А просто, сука, делаю! Так что или принимай условия нашего сосуществования, или пошел отсюда к хренам! — рявкнул я на него и, приложив слегка затылком об дверь, отступил на шаг назад. — Дверь у тебя за спиной.
Локи хмыкнул, кашлянул. Озадаченно и без улыбки покосился на меня исподлобья, потер ушибленное плечо.
— Чего ты нервный такой, Монгол? — пробормотал он. — Я же просто спросил!..
— А я просто прибью тебя к чертям, и больше спрашивать некому будет, — проговорил я с такой яростью, что и сам удивился. В этот момент вся моя злость на корпорации, доброго польского дедушку, на этот сраный рифт и несправедливость мира в целом устремилась на Локи.
— А ты уверен, что прибьешь? — возразил тот, но голос его прозвучал уже как-то неуверенно. — У нас с тобой ведь бабка надвое сказала, кто кому кишки по снегу размотает.
— А тебе очень хочется это узнать? — ленивым, расслабленным тоном присоединился к нашему разговору Ян. — Я думал, ты мечтаешь в моем сопровождении из рифта выйти…
Локи на мгновение потерялся, что ответить…
Я дожидаться не стал. Вместо этого смерил его злобным взглядом и вернулся в комнату для допроса. Снова устроился на ящике и спросил близнеца:
— Что ты знаешь про учителя своего главаря?
Тот неуверенно кашлянул. Повел плечами.
— Ну… Я с ним мало общался…
— Я просил отвечать четко и коротко. Помнишь? — нахмурился я. — Без прелюдий и общих фраз. Кто он, откуда, как общался с ангелами.
Парень немного помолчал, собираясь мыслями. И, наконец, заговорил — именно в том формате, как мне хотелось.
— Великий учитель почти не общался с ангелами. Лично я видел его всего пару раз. Михаил говорил, что он из другого мира. Не человек, а божественная сущность подобная ангелу. Но я не верю в богов или ангелов, и думаю, что учитель просто достиг такого уровня в развитии мутаций, что почти потерял человеческий облик. Он был очень стар, и чтобы поддерживать в себе жизнь, регулярно ложился в стазис-капсулу для обновления всех биологических систем. Когда это происходило, мы его охраняли. Знаю, что раньше учитель курировал легендарную банду Опричников, но потом их всех вырезали. И тогда он взял под свое крыло ангелов.
— Хорошо, — удовлетворенно кивнул я. — Каким образом проходило это самое курирование? В чем оно состояло?
— Он… давал нам задания через Михаила. Мы их выполняли и получали новые мутации, не покидая рифта… Это… вы их убили?.. — осторожно спросил парень. — Просто я видел тела.
— Михаила — нет. Учителя — да, — без обиняков ответил я. — А теперь расскажи мне про это место. Строение выглядит старым, но, как я вижу, тут и газовый баллон имеется, и горелка, и запасы кое-какие.
— Я не знаю, для чего строилось это здание. Оно здесь со времен катакомб. А запасы делали мы. Учитель пропускал нас сюда через проход в катакомбах. Он говорил, что скоро все изменится, и тогда нам придется бежать из корневого рифта сюда.
Мы с Данилевским переглянулись.
— Изменится в каком смысле?
— Учитель обладал способностью видеть суть вещей и пространства. Поэтому он знал, что нужно сделать, чтобы получить мутации. Так вот, пространство любого рифта должно внутри течь и меняться, но в нашем тюремном рифте все застыло. Михаил рассказывал, что это случилось из-за эпидемии, случившейся здесь много лет назад, когда погибла вся группа учителя. Целая научная экспедиция, которая ставила эксперимент по слиянию нескольких рифтов. При первых признаках болезни учитель лег в стазиз, и это спасло его. Но течение пространства в рифте остановилось. Учитель пытался все исправить. И когда это произойдет, начнется большая перезагрузка. Все пространство с той стороны превратится в огромную пустошь, а здесь появится множество новых возможностей для получения новых мутаций. Для этого мы и организовали несколько убежищ. Это — одно из них.