Весь оставшийся день они катались по городу. Посетили ювелира, у которого баронесса заказала несколько богатых украшений. Потом они побывали у портного, и тот замучил Анри своими расспросами и примерками. Генриетта распорядилась поторопиться с выполнением заказа, и они поехали в гостиницу.
– У меня есть в городе тетка по матери, – сказала баронесса, когда они сели в карету. – Можно было бы заехать к ней, навестить…
– Поедем, – предложил юноша. – Доставьте старушке радость.
– Ну, если ты так уж просишь…
Тетка баронессы занимала отдельный трехэтажный дом на окраине Парижа. Ее муж давно скончался, но она по-прежнему носила по нему траур и не появлялась в обществе. Ей было за сорок, но черный цвет одеяния прибавлял к ее возрасту еще десяток лет. Рано поседевшие волосы, вероятно, когда-то были белокурыми. И только живые серые глаза своими искорками освещали увядающее лицо.
Тетка несказанно обрадовалась, когда увидела племянницу, и искоса взглянула на Анри.
– Кто этот юноша? – спросила она Генриетту.
– Это мой будущий супруг, граф до Лозен! – заявила баронесса.
Молодой человек от этих слов чуть не упал в обморок. А пристальный взгляд тетки заставил поежиться.
– Очень приятно, граф, – ответила пожилая женщина. – Я никак не ожидала такой чести!
– Ничего особенного, – отмахнулась Генриетта. – Накануне свадьбы мы объезжаем всех родственников и друзей, – она перехватила взгляд тетки и зло добавила. – Не надо так впиваться глазами в дорожный костюм господина графа. Вы смущаете Анри!
– Простите, граф, – тетка опустила глаза.
– Что вы! Не извиняйтесь, прошу вас, – поспешно сказал юноша.
– Дорогая моя! – вдова растрогалась до слез, – Ты так похожа на свою мать! Бедняжка не дожила до этого счастливого часа, чтобы увидеть тебя невестой! Как бы она радовалась!
– Тетушка, а у вас сохранился портрет моей матушки? – спросила Генриетта. – Ведь после замужества с нее не успели написать портрета.
– Да, да, она ушла от нас слишком рано. Двадцать лет! Она была моложе меня на три года. Здесь есть ее изображение, когда мы еще были детьми. Я очень люблю эту работу. Ее делал один замечательный художник. Он и меня рисовал. Веселый такой. Все шутил. Это чтобы мы смеялись…
Женщина достала из заветной шкатулки небольшой портрет, заключенный в овальную золоченую раму.
– Здесь ей пять лет.
Генриетта и Анри долго рассматривали миниатюрное изображение маленькой девочки с черными кудряшками и ниткой жемчуга в непокорных волосах. Лучистые темно-голубые, как незабудки, глазки смеялись. Круглое личико с нежным румянцем, чудесные ровные зубки… Ребенок был прекрасен, но совершенно не напоминал Генриетту. Разве только формой лица.
– А вот это я, – сказала тетушка, протягивая Анри другой портрет, побольше, в прямоугольной раме. На нем была изображена девочка постарше, лет восьми-девяти, белокурая, с таким же круглым лицом и синеватыми глазами.
– Вы непохожи, – заметила баронесса.
– Да, мы часто даже пользовались этим, – засмеялась тетка. – Она – брюнетка, я – блондинка. Нас узнавали только по глазам. Моя сестра, твоя мать, была очень красива! Говорили, что она может рассчитывать на выгодный союз. И тут к ней посватался герцог! Моя сестра была баронессой, как ты, девочка моя. Де Лонгвиль ослепил ее своим величием и красотой. настоящий лев! Он даже внешне напоминал льва: золотистые, с рыжеватым оттенком волосы, карие глаза…
– Сейчас он уже не рыжий, а седой, – сообщила Генриетта. – И глаза словно выцвели.
– Что делает с человеком время! – вздохнула тетушка.
– Ничего не поделаешь, – встрял Анри. – Всему свой срок!
И вновь ощутил на себе пристальный взгляд пожилой дамы.
– Извините, граф, – сказала вдова. – Мгновением раньше вы мне напомнили отца вашей невесты!
– Какая чепуха! – воскликнула Генриетта.
– Да, да. Такой же высокий и красивый. Картинка, а не мужчина!
– Дорогая тетушка, у вас что-то со зрением!
– Возможно, милая племянница, – ответила вдова, все еще не сводя глаз с молодого человека.
– Ничего удивительного, на свете много похожих людей, – попытался разрядить обстановку Анри. – Мне, например, портрет вашей сестры тоже кого-то мне напомнил.
– Кого? – оживилась Генриетта.
– Не знаю, – ответил молодой человек и тут же поймал на себе ревнивый взгляд своей госпожи.
Последовал скромный ужин, а затем тетушка предложила «молодой паре» заночевать у нее.
– Я предоставлю вам уютные спальни, – уговаривала она. – Никакая гостиница не сравнится с ночлегом у родных людей!