– Да, уважаемый хозяин, действительно отличная работа старинных мастеров. А вот скажите пожалуйста, все хотел спросить, эта фигурка что-то означает? – я показал на статую девушки, стоящей у камина.
– Это богиня плодородия Аталина, господин магистр, ее откуда-то из похода привез еще мой прадед. Помню, ребенком я все хотел попробовать виноград из ее корзины, мне казалось, что виноград у богини должен быть божественного вкуса.
Дон Фонтен улыбнулся своим воспоминаниям.
– И что, амулеты действительно влияют на урожай?
– Какие амулеты? – несколько озадаченно переспросил меня Дега-старший.
– В корзине у девушки лежит амулет, как минимум один. Амулет еле светится, я только сейчас заметил его, в нем энергии практически не осталось. Янис, будь добр, достань, пожалуйста, оттуда амулет, я заряжу его.
– Позвольте, господин магистр, я ничего не знаю об этом, и, вообще, ко всем магическим штучкам я отношусь крайне осторожно. Олиер, негодник, твой амулет?
– Отец, откуда, амулеты денег стоят, я не стал бы их тратить на разную ерунду.
Между тем Илиниус, заглянув в корзину, повернулся ко мне и удивленно произнес:
– Господин Гор, но здесь ничего нет.
– Господин магистр, насколько я знаю, пьяным вы быть не можете. Как же нет, когда я его вижу?
Янис еще раз заглянул в корзину, приподнял бутафорскую гроздь винограда и совершенно растерянно выдохнул:
– Здесь пусто.
Что за черт! Так шутить Янис не может, актер из него нулевой, значит он действительно ничего не видит. Но я-то вижу! Да, амулет светится совсем слабо, но он там есть.
– Янис, помогите забраться на стул, на цыпочках тянуться мне совсем не удобно.
Забравшись для удобства осмотра на стул, передал парню две фальшивые грозди винограда, тяжелые, кстати, и уставился на пустое дно корзины. Но в центре в пустоте светился слабый магический огонек. Оказывается, здесь и так бывает.
Я осторожно потянулся рукой к огоньку, исследователь хренов, как вдруг моя кисть исчезла. Я панически выдернул руку из корзины, Янис, стоящий рядом, отшатнулся, Олиер вскрикнул, а дон Фонтен схватился за сердце. Только Марана молча наблюдала за происходящим.
Слава богу, цела рука моя дорогая, не хватало в придачу к ноге еще и кисти лишиться.
Битому неймется, я опять полез в корзину. В какой-то момент рука нащупала твердый предмет и там что-то нажалось. Кисть стала видимой, а вместе с ней и неказистая брошь с простым камнем в середине. На дне корзины обнаружился небольшой сверток из плотной ткани.
Кажется, я догадываюсь, что это. Слез со стула, опять с помощью Илиниуса, проклятая нога, подошел к столу и положил сверток и амулет перед хозяином дома.
– Я думаю, уважаемый дон, это то, что вы искали столько лет.
Дон Фонтен молча смотрел на сверток, не решаясь притронуться к нему. Наконец, решился, но тут же отдернул руку.
– Нет, не могу, сейчас сердце разорвется, Олиер, давай сам.
Дега-младший пододвинул сверток к себе и осторожно развернул его. Да, это они. На ткани лежали драгоценные камни, немного, штук тридцать, может чуть больше. Но какие!
Штук шесть бриллиантов, сантиметра по полтора-два в поперечнике. А это, черт побери, даже трудно сказать, сколько карат. Я в своей жизни видел трехкаратовый камень, так себе, горошина. А здесь сколько? Продав пару таких камней, все поместье можно снести и отстроить заново.
Больше всего было изумрудов, несколько красных камней и один великолепный крупный камень синего цвета.
– Сын, – хрипло проговорил дон Фонтен, – передай мне, пожалуйста, сапфир.
Олиер растерянно посмотрел на камни.
– Синий.
Дега-старший долго разглядывал синее чудо, потом вспомнил про присутствующих.
– Вот он какой, сапфир императрицы. Я же никогда не видел эти камни, ни отец, ни Антуан никому не показывали их. Существует легенда, что один наш дальний предок был близок с вдовой императора, это был единственный случай в истории империи Арании, когда на престоле находилась женщина.
– Да, да, – возбудился Илиниус, – историк Марк Отшельник очень подробно описал это в своих трудах и…
– Янис, – я постарался максимально вежливо прервать умника, – давай ты нам попозже об этом расскажешь, ладно?
Илиниус понял, что влез не ко времени, смутился и затих.
Дон Фонтен благодарно кивнул мне и продолжил:
– Этот камень был вынут непосредственно из короны. Императрицу потом убили, конечно, не только за это, предка нашего тоже, смутные были времена. Но камень вернуть не смогли и вот он перед нами. А для короны потом долго искали подходящую замену.