Спутник дона Гонзо все это время молчал и внимательно слушал. Когда булочник опять погрузился в свои тягостные думы, мужчина шагнул вперед и представился:
– Позвольте представиться, дель Адано, помощник судьи. Мне не совсем понятно, как такое количество людей держать в тюрьме, у нас нет столько стражников.
– Рад познакомиться, господин помощник судьи. Для этих людей стражники не нужны. Вам действительно придется их всех разместить в тюрьме, только с открытыми камерами. Просто, больше такую ораву поселить негде.
– Но, господин магистр, в таком случае боюсь, что они разбегутся через пару дней.
– Это вряд ли. В лесу для них есть вещи пострашнее, чем тюрьма. Ну, убегут несколько человек, потом отловим, получат настоящий срок. Остальные реально хотят изменить свою жизнь. Перепишите всех, держите на контроле. Очень надеюсь, что большинство из них вернется к мирной жизни.
– И все же, – очнулся дон Гонзо, – откуда взять столько денег?
– У меня встречный вопрос. Какова стоимость товара среднего по размеру каравана? Сколько караванов проходит через город и куда? Не только же в Эпин?
Дон Гонзо оживился:
– Средний караван везет товаров на сумму никак не менее пяти золотых, иначе смысла нет. Караваны идут через нас во Фрагонию, не часто, но идут. И от нас начинается удобная дорога в Северные пустоши, туда тоже идут караваны. Вы, скорее всего, не знаете, там находится единственное крупное месторождение золота.
Злобные северяне добывают его в небольших шахтах и меняют на продукты и другие товары. Торговать с ними очень трудно, совершенно дикие люди. Туда караваны идут с большой охраной, потому что назад везут золото и чудесную древесину карликовых сосен.
– Хорошо, северные караваны трогать не будем, но все остальные обложите проездной пошлиной в десять процентов от стоимости товаров.
– Да вы что, господин Гор, это же безумно много, никто платить не будет.
– Да? То есть потерять весь караван, на который нападут разбойники дешевле, чем выплатить десятину? Пусть платят за безопасный проезд до Эпина, мы им гарантируем полное спокойствие на дороге. Каждый караван будет сопровождаться отрядом стражников в десять человек. Вот вам и деньги. И это только то, что лежит на поверхности.
– Многие не будут тогда заходить в Ланов, дешевле переночевать в поле.
– Во-первых, дорогой Родольфо, у нас есть помощники. Я вас скоро с ними познакомлю. Так вот, без оплаты проезда по нашим дорогам, и, соответственно, без вашего разрешения, ни один караван не пройдет ни туда, ни обратно. А во-вторых, тот постоялый двор, который я видел у западных ворот, мне совершенно не понравился. Заставьте сделать его больше, чище, чтобы еда была вкусной и комнаты для проживания без клопов. Тогда и народ потянется.
Не поймет хозяин постоялого двора по-хорошему, будем действовать по-плохому. Постройте рядом свой постоялый двор. Лучше, краше, веселее. Да, это идея. Я вам даже план построек нарисую. Опять же за счет города. И перекрыть дорогу к старому трактиру. И до тех пор, пока не наведет порядок, никого туда не пускать. Решено! Первым делом строим свой постоялый двор.
Дон Гонзо смотрел на меня с некоторым опасением. Видно, что он совершенно не разделяет моего оптимизма.
– Веселей, уважаемый дон, все получится. Послушайте, может я зря вас тащу в новую жизнь? Может вам надо остаться простым булочником, а я подыщу вам замену. Молодого, энергичного. А?
По-моему, помощник судьи чуть было не сделал шаг вперед.
Дон Гонзо отчаянно замотал головой.
– Нет, что вы, господин Гор, я справлюсь. Просто все так неожиданно…
– Спать некогда, друг мой! Встряхнитесь! Чем сильнее вы развернетесь, тем сложнее вас будет остановить. И помните, молодые и энергичные всегда будут дышать вам в затылок. Я правильно говорю, господин дель Адано?
Помощник судьи не решился открыто высказываться, но было видно, что он готов к свершениям.
– Вот и молодцы, идите руководить городом. И знайте, мои двери для вас всегда открыты.
Ближе к вечеру прибыл посыльный от дель Фарго с приглашением на ужин. Я предполагал, что у банкира возникнут вопросы по оформлению лотерейных билетов, а ужин только предлог. Мы поехали в гости вместе с Малинаром, ему здесь оставаться и следить за состоянием дел.
После великолепного ужина, другого у банкира и быть не могло, мы просидели там часа три, в течение которых я рассказывал тонкости и нюансы проведения лотерей. Вернулись домой уже за полночь, к великому неудовольствию Элизы отказавшись поесть еще и дома.