Выглядел он странно. Ярко-белый, приземистый, длинный, как прореха вдоль земли. В самом широком месте — немногим шире метра, так что заползать в него предстояло в буквальном смысле по-пластунски.
Из-за особенностей конфигурации рифта и защитная колба выглядела весьма замысловато — как теплица с округлой крышей.
А потом я провалил тест.
Моя кровь свернулась сразу же, как только лаборант занес ее в колбу.
У меня внутри аж все опустилось. Но мой провожатый не огорчился и не удивился.
— Так бывает, я читал, — ободряюще сказал он. — Это ничего, он привыкнет.
— Он… что?.. — озадаченно переспросил я.
— Привыкнет. Идем в арсенал, пускай тут лаборанты работают.
Лаборанты, говоришь? Пойдем в арсенал?
Ну уж нет.
Мне в этот разлом лезть. Или не лезть. Так что я хочу видеть, как он у вас «привыкать» будет.
— Лучше тут пока побуду, — проговорил я, не сводя глаз с лаборантов. — Интересно посмотреть, как ваши специалисты работают.
Как ни странно, мой провожатый оказался прав. Третья пробирка с кровью уже спокойно соприкасалась со свечением рифта. Последний тест мне понравился особенно. Моей кровью испачкали белую крысу и медленно погрузили в рифт.
И она прошла без проблем.
Глядя на все это, я невольно задумался о том, насколько исследователям непросто было в моей прошлой жизни. Долгие тесты, частые несовпадения. Гибель проходчиков в момент перехода. А теперь — я видел карты у Данилевского — официально только семь рифтов до сих пор носили звание «черных вдов». Зато появились спа-рифты. Главной проблемой стало получить допуск к рифту, а не пройти тесты.
Может быть, все они тоже в некотором смысле «привыкают»?..
Эту мысль я и крутил у себя в голове, пока перебирал имущество в арсенальной.
Никакого лишнего барахла я тащить не хотел. В этой экспедиции я не проходчик, а игрок. Тетрадку — в герметичный пакет. Зажигалки, жидкость для розжига — в боковой карман. Внутрь — только боеприпасы, пару запасных стволов, спирт, баклажку воды, четыре банки тушенки, кофейные таблетки, горелку и кружку. Долго подбирал спецкомбез и ботинки. Нож взял свой, запасной в рюкзак. Автомат на спину, пистолет в кобуру.
Упаковавшись, присел на дорожку.
И отправился следом за крысой, в щель между мирами.
Первое ощущение — удар в лицо холодного ветра, смешанного с мелким колючим дождем. В голове прозвучал голос помощника:
Доступ к рифту FD4–53B1R — Кровавые Реки — получено
Проверка на генетическое соответствие — пройдена
Активация цивилизации рифта FD4–53B1R — Кровавые реки — активировано
Активировано Испытание 1 — «Леденящий вой теней»
Пройдите через долину по направлению к Черной горе и останьтесь в живых.
Переход вышвырнул меня в мир ноября. Ветер завывал в ушах, пробирался к телу через ворот и манжеты спецкомбеза. Вокруг меня во все стороны тянулась каменистая равнина, похожая на разбухшую от дождей и схваченную заморозками пустошь. Грязь, похрустывая тонкой коркой наледи, мягко проминалась под моими ногами. Огромные валуны, испуская призрачный голубоватый свет, поднимались в черное небо без звезд.
Я даже не успел сориентироваться, в какой стороне находится гора, когда из-за ближайшего валуна показался невысокий, сутулый уродец, похожий на что-то среднее между человеком и обезьяной. Короткие ноги, длинное массивное туловище с мощным плечевым поясом, длинные руки. Он зашипел в мою сторону, выставив вперед остроносую морду.
Я не дал ему сделать и шага. Сорвал со спины автомат, передернул затвор, и короткая очередь разорвала его грудь, швырнув тело на промерзшую землю.
Тишина взорвалась.
Пустошь ожила, зашевелилась, завыла. Из-за каждого камня, из каждой норы полезли твари. Юркие, покрытые хитином «тараканы» размером с собаку. Мохнатые твари с клыками, похожие на голых медведей. И обезьяноподобные двуногие.
Красная пелена ярости и азарта застелила глаза. Пожалуй, эта равнина — лучшее, что могло мне достаться в этом рифте. Тут тебе и оздоровительный выплеск агрессии, и психоанализ, и медитация. Прямо все, что доктор прописал!
Короткая очередь — и три «таракана» уже кувыркаются, разбрызгивая липкое содержимое своих животов. Поворот — и выстрел разносит голову лысой клыкастой твари. Быстрее, еще быстрей! Ну, кто следующий?
Пустые гильзы звенящим дождем посыпались под ноги. Запах пороха смешивался с запахом крови и смрадом гнилостных пастей. Мозг работал с холодной четкостью: приоритеты, углы, расход боеприпасов. Руки сами меняли магазины, тело на слегка ускоренных рефлексах уворачивалось от когтей и зубов.