Иммунитет, выносливость, устойчивость к укусам насекомых и устойчивость к радиации у него остались прежними. А вот взрывной удар теперь у него распространился на обе руки и вырос до сорокового уровня. Кроме того, он, как и Чо, получил ментальный блок и энергетический щит пятидесятого уровня.
По выражению лица Егора было сложно понять, доволен он или разочарован. Хотя, как по мне, улов оказался очень удачным.
Мы выпили коньяку, и Егор принялся рассказывать, как они справлялись в рифте. По большому счету, этот поход оказался скорее анималистическим, потому что сражаться пришлось то с какими-то бешеными псами, то со здоровыми многоножками, при виде которых Анну трясло. И только в самом последнем задании им довелось встретиться с человекообразными существами, похожих на обезьян с рогами.
— Реально, будто они хоббиты среди демонов, понимаешь? Вот такие! — показывал он себе по пояс. — И каждый пятый со способностями!
— И как же вы с ними?
— Подручными средствами, — икнул Егор, в очередной раз подливая себе выпивки, в то время как я уже давно поднимал тот же самый стакан за компанию. — Кстати, Аньке мы теперь нахрен не нужны, сама кого хочешь прибьет. У нее теперь какая-то иллюзия крутая, она хвалилась. А еще вот такой меч из руки вырастает!
Я усмехнулся.
— Меч — это, конечно, хорошо. Но лучше бы пушка крупнокалиберная…
А про себя подумал, что мы ей теперь и правда в общем-то не нужны. С какой стороны не посмотри.
Потом поговорили про ЦИР и Данилевского. Чтобы не заканчивать вечер на мрачной ноте, повеселил приятеля описанием эпичного низвержения гробов.
После чего попрощался и отправился к себе.
Спустился на этаж ниже, повернул направо к своему номеру…
И, подняв глаза, увидел, что в самом конце коридора, у окна, стоит девушка. Она стояла спиной, но эту спину я бы узнал даже темной ночью под сотней дурацких одежек.
Здоровенные тяжелые ботинки, рваные до самой пятой точки голубые джинсы, шелковые рюши черной блузки и ядрено-оранжевая лаковая куртка с вышитым красным черепом.
Лекса.
Она обернулась. На щеке — здоровенная ссадина на пол-лица. Но даже она не могла испортить это дьявольское личико.
Я остановился.
Она надменно вздернула на глазах раскрасневшийся нос, чтобы ляпнуть какую-то злобную дурость. Но вдруг шмыгнула носом. Сделала неуверенный шаг навстречу. А потом побежала мне навстречу, громыхая своими здоровенными копытами, наверняка жутко модными.
И — все.
Я только руки слегка развел, чтобы пазлы встали, как надо, и клеммы совпали. Электричество побежало по жилам.
Удивительно, до чего же все бугорки и впадинки этого маленького тела идеально ложатся на мои собственные.
— Дурак!.. — дрогнувшим голосом воскликнула она. И, еще громче шмыгнув носом, добавила. — Но хоть живой дурак… Уже хорошо…
Я хотел ей ответить. Но вместо этого почему-то просто подхватил одной рукой и буквально внес в свой номер. И запер дверь.
Она плакала. Я чувствовал, как горячие капли обжигают мне шею, как тонкие пальцы сердито впиваются мне в грудь — и улыбался.
— Откуда ты здесь? — спросил я наконец, отодвигая Лексу от себя, чтобы посмотреть на ее смешное раскрасневшееся лицо.
— Мимо проходила! — обиженно выкрикнула она, пытаясь спрятаться от моего взгляда. — Дурак…
— А ты — истеричка, — улыбаясь еще шире, ответил я.
— А от тебя воняет, как от столетнего бизона, — буркнула Лекса, с двойной силой обнимая за шею.
— А я — скучал, — сказал я, касаясь ладонью ее мягких волос.
— А я злилась, ревновала и… Мне было очень плохо, Монгол, — совсем шепотом проговорила она. — Но тебя все равно надо срочно помыть. Снимай это говно, я пойду воду тебе наберу…
Мылись в итоге мы вместе.
Утром, когда я проснулся, Лексы уже не было рядом. Только аромат ее волос на подушке. В шкафчике-чистке висел мой комбез — идеально обработанный и еще теплый.
Я оделся, чувствуя странную смесь опустошения и облегчения. Лекса снова растворилась в своем хаотичном мире, не нарушив ничего в моем собственном.
Я вышел из номера, намереваясь найти кого-нибудь из парней и позавтракать в компании, но едва сделал шаг, как в кармане завибрировал мой смартфон.
Звонок?.. Мне?
Этот способ связи и номер знал только Ян.
Я выхватил устройство из кармана и нажал на кнопку приема вызова.
— Да, я слушаю!
В трубке раздался хорошо знакомый женский голос.
София.