Зато теперь плотина была восстановлена и укреплена настолько, что перестала пропускать даже отголоски эмоций. Это было единственным способом снова увидеться с Никой и не потерять контроль над собой.
Дом встретил меня непривычным возбуждением, вызванным, вероятно, тем фактом, что телефон я предусмотрительно выключил.
Первым препятствием на моей дороге к своей комнате оказалась Ника. Она курила сигарету и, судя по наличию разбросанных рядом бычков, не первую. Сходу влепив мне пощёчину, она заявила:
- Я волновалась!
- Не стоило, - без каких либо эмоций ответил я и передвинул девушку, загородившую вход.
Следующим мне повстречался ничуть не менее взволнованный Максим.
- Начальник, ты где пропадал? Вся контора на ушах стоит!
Я вновь не ответил, лишь отметил про себя, что мой подчинённый всё меньше походил на богатого человека. Стал более искренним и открытым. Комната встретила меня приятной тишиной. Впрочем, длилась она недолго. Совсем скоро в дверь галантно, как умеет только он, постучал Крепыш, после чего сообщил, что меня желает видеть начальство.
И вот разговор с Игорем Аркадьевичем закончился, но вернуться в комнату, увы, не получилось. Ника не пожелала идти в отведённые ей покои, предпочитая стоять у двери и ждать меня.
- Артём, нам надо поговорить, - самым серьёзным тоном заявила девушка.
- Называй меня Шут.
- Это смешно…
- А разве не в этом долг шута? – я открыто улыбнулся.
- Не сбивай меня с мысли. Артём, я понимаю, что поступила тогда совсем неправильно и очень глупо. Прости, пожалуйста. Но это совсем не повод злиться на меня, спустя столько времени. Прошло почти четыре года!
- Я Шут. И во мне нет ни капли злости к тебе.
Она ожидала совсем другой реакции. Может, жалоб на разбитое сердце и слёз, может, криков и возмущения. А вот безразличие сбило её с толку, сломало весь рисунок спора, наверняка выстроенный заранее.
- Артём… - у Ники закончились слова. Я физически ощущал её беспомощность.
- Шут. Забудем эту историю. Теперь ты моя подчинённая, остальное не имеет значения.
В глазах девушки блеснули слёзы. Они почти заставили меня сломаться, но в этот миг свет померк. Ещё никогда я не был так рад видению.
***
Он неуверенно поправил тренировочные перчатки, лишённые пальцев и совсем не вписывающиеся в образ делового человека, одетого в строгий костюм, с горлом подпоясанным галстуком. Сжав руку в кулак, он толкнул ей дверь.
Офис откликнулся привычным гулом множества работающих людей. Он прошёл через всё помещение до самого кабинета босса, не привлекая внимания. Двигался уверенно, хотя дрожь в руках и выдавала нешуточное волнение. Но кого интересуют такие детали, когда на носу квартальный отчёт? Лишь секретарша что-то препятственно заверещала и попыталась вскочить, но тут же была усажена на место тыльными сторонами ладоней.
- Мне назначено. – Почти ровным голосом сказал человек и неловко, краешком пальца, нажал на ручку двери.
- Алисочка, я же просил предупреждать. – Не поднимая глаз от стола, пробурчал подтянутый, совсем не выглядящий на свои сорок пять лет человек.
- Я пыталась его остановить, но он не слушает, - секретарша попробовала протиснуться между плечом человека и косяком, но не смогла, поэтому кричала из-за его спины.
- Привет, Фёдор Николаевич. – Голос гостя наконец обрёл твёрдость.
- Степан? Алисочка, оставьте нас. – Дождавшись закрытия двери донельзя удивлённой секретаршей, босс продолжил: - Какими судьбами?
- Не догадываешься? – гость решил не ждать приглашения, он смело прошёл к самому столу начальника, но садиться не стал.
- Работы для тебя всё так же нет.
- Работа мне не нужна. Извиниться не желаешь, Фёдор Николаевич?
- За что? – шеф переложил очередную стопку бумажек на правый край стола.
- За то, что сократил меня. – Гость начал терять терпение, в его голосе отчётливо прозвучали нотки возмущения.
- А что я сделал не так? Мне сказали уволить троих, я это сделал. И ты, уж прости, был лучшим кандидатом. Опаздывал, допускал ошибки в отчётах, самовольно покидал рабочее место. Скажи спасибо, что не уволил тебя раньше.
- А то, что у меня больная мама, которая требует постоянного ухода, вас не смутило?!
- Не надо орать. Нет, не смутило. Жалость жалостью, но свою работу ты не выполнял. Почему я должен увольнять добропорядочного сотрудника, если есть такой кандидат? – новый пласт бумаги занял своё место.
- Она умерла! Умерла потому, что у меня не было денег, чтобы её лечить. А работы меня лишил ты! Кабинетная крыса! – гость собрался сделать шаг вперёд, но его остановил всё такой же спокойный голос начальника:
- Не говори глупостей. Наше государство, несмотря на все его многочисленные недостатки, предоставляет практически бесплатную медицину. Во всяком случае, жизненно необходимое обеспечивает. А даже если и нет, что мешало тебе пойти работать куда-то ещё?
- Я пытался, - прошипел гость и поправил очки запястьем.
- А, никуда не взяли такого разгильдяя? Ну так пошёл бы работать грузчиком, они сейчас получают больше меня. Всё, не мешай, я занят. – И глаза Фёдора Николаевича вновь опустились к столу.
- И вы совсем меня не боитесь? – вопрос настолько удивил босса, что тот вновь поднял взгляд на бывшего подчинённого.
- Тебя? Бояться? Да ты посмотри на себя, шпала без мышц. А на пистолет у тебя ни денег, ни яиц не хватит.
- Заткнись! – рявкнул гость и кинулся на начальника, но тот играючи перехватил обе руки, скрюченных на манер когтей.
- Ты что, глаза мне выцарапать решил? – издёвка в голосе босса ещё сильней подстегнула Степана. Он не стал вырываться, просто чуть повернул ладони, чтобы те коснулись рук противника. Ещё секунду босс сохранял выражение превосходства на лице, но оно сменилось на ужас в один миг, когда всё тело Фёдора Николаевича вспыхнуло, словно хорошо просушенная сосна.
Гость наблюдал, как бывший начальник мечется по кабинету, стараясь потушить огонь, и испытывал удовольствие. Месть свершилась. Она оказалась сладкой. Следить за мучениями ещё живого человека было невероятно приятно.
Издав последний хрип, босс рухнул на собственный стол, заражая его азартом пламени. Старательно перекладываемые бумажки задорно занялись огнём. А гость спокойно развернулся и толкнул дверь ногой. Навстречу тут же вскочила секретарша. Но ладонь Степана толкнула её в грудь, заставляя тело вспыхнуть так же, как горел босс.
Офис затих, тишину разбавляли лишь крики несчастной девушки. Люди оцепенели от ужаса и непонимания. Благодаря этому Степан успел добраться до ближайшего стола и коснуться его, а затем и его хозяина. Новый живой факел заявил о своём рождении диким криком. Это встряхнуло толпу – люди рванули со своих мест, толкаясь и топча упавших.
- Вы стадо! Тупое жалкое стадо! Бегите, пока можете, иначе я прикончу каждого! – гость упивался своей властью. Как, оказывается, легко ломать человеческие жизни. И как же это приятно! Нет, он, Степан, теперь не человек, он выше этой суеты. Он решает, кому жить!
Намеренно неторопливо двигаясь к выходу, он наслаждался каждым мигом своего превосходства. Люди толкались в дверях, мешали друг другу, чем сильно замедляли сами себя. И вот гость уже достиг задних рядов убегающих. Те совсем обезумели от ужаса, они начали бить во всю силу стоящих перед ними, пытаясь прорваться вперёд .
- Ну же, сражайтесь за жизнь. – Взгляд Степана пал на совсем уж потерявшего надежду человека. Этот представитель офисного планктона больше не пытался прорваться, он отползал под стол. – От меня не спрятаться, мусор!
Ладонь коснулась спины, и офис озарился новыми криками боли умирающего человека и рёвом рождающегося пламени.