– Ты бесподобная, – отсмеявшись, произносит Стрельников и отпускает мою руку.
Пока он общается с продавщицей, тучной женщиной торгующей мороженым прямо посреди парка, в который мы забрели совершенно случайно, я оглядываюсь, чувствую потерянность. Всё чаще мне приходилось ловить себя на этом ощущении, когда Стрельников смещал фокус внимания на кого-то иного. Иногда мне казалось, что я и вовсе пропаду, не будь он рядом.
Раньше такого со мной не случалось никогда. Даже когда мама увозила меня к бабушке на все лето в деревню, где кроме беготни за домашним скотом и палки для битья крапивы из развлечений не было ничего.
Возможно, это потому что родительская любовь и поддержка воспринимаются иначе? Ведь стоит Никите сделать что-то незначительное, как внутри словно распускается цветок, наполняющий дыхание лёгкостью и предвкушением чего-то…ещё пока неясного, но явно изумительного.
И ведь речь даже не о поцелуях и физической близости. У меня есть интернет, чтобы понимать, что происходит между мужчинами и женщинами, стоит их гормонам взбунтоваться.
Скорее в неком родстве душ, совершенно разных, но таких близких.
– А пошли посидим у пруда? – предлагаю, стоит Никите вернуться с двумя вафельными стаканчиками. Себе он выбрал шоколадное. – Мама говорила, что видела там уток на прошлой неделе. Можно будет покормить.
– И чем же ты собралась их кормить? – не отказываясь, тут же меняет направление парень, ведя меня в нужную сторону.
Та часть парка, где находился пруд, была не многолюдной. Всё дело в том, что из благоустройств там оставалась лишь старая асфальтированная дорожка для бега, со всех сторон заросшая бурьяном. Это не мешало молодёжи проводить тёплые денёчки в тени многолетних тополей, на ветках которых только-только начали распускаться почки, но поскольку время ещё не перевалило за обеденное и многие ребята грызли гранит науки, мы наслаждались только лишь присутствием друг друга.
– Тобой! – легонько шлепнула парня по плечу и вгрызлась в прохладную мякоть пломбира. Рецепторы тут же отозвались тихим умиротворением, ощутив нежный сливочный вкус любимой ягоды. Подавить стон наслаждения не оказалось ни сил, ни желания. – Пошли быстрее, хватит строить из себя каменюку, – чуть обогнав его, поторопила.
– Камень всегда бьёт ножницы, – качает головой Никита, который почему-то не так рад мороженому, как я.
Он смотрит на меня, как дурочку, но мне известно, что эта эмоция напускная, исключительно, чтобы бы раздразнить. Из-за того, насколько глубоким был карий цвет его глаз, мне первое время часто казалось, что Никита чем-то недоволен.
– Но легко оборачивается бумагой, – не преминула уколоть в ответ и побежала вперёд, в сторону пруда, прямо по сухой колючей траве.
Знала, что Стрельников не упустит возможности догнать меня и обругать за беспечность. Но отчего-то получала от этого осознания больше удовольствия, чем от поедания любимого лакомства.
Уже после, когда мы, запыхавшиеся от беготни и бесконечных споров, сидели на берегу давно уже оболотившегося водоёма, я счастливо жмурилась из-за солнечных лучиков, пробивающихся сквозь голые кроны деревьев.
– Я собираюсь уехать осенью, – внезапно говорит Никита, доедая своё мороженное. – В другой город.
На секунду мне показалось, будто реальность пошла трещинами, разбиваясь на тысячу острых, ранящих осколков. Больше нет солнечного ясного дня. Нет пруда, ласкового ветерка, треплющего ветки. Пропало всё, кроме нас, сидящих рядом, но вдруг оказавшихся так далеко.
Словно я из последних сил тяну руку, стараясь догнать поезд, в котором уезжает Никита, но он не протягивает мне свою.
– Куда? – почти не дыша, спрашиваю. Смотрю на него растерянно, хотя мне отчего-то больно.
Скорее всего потому что понимаю, что это решение Никита принял не сейчас и даже не вчера. Уехать из нашего города — изначально было его целью. Но неужели, ему так отвратительна мысль остаться? Ведь здесь всё родное, знакомое. Здесь я…
– В столицу, наверное, – внимательно изучая моё лицо, отслеживая каждую эмоцию, отвечает. На его губах блуждает лёгкая улыбка. – Не бойся, в сомнительные дела не ввяжусь. К тому же, если сейчас наберусь опыта баристой, подкоплю как раз. Легче будет найти подобную работу.