Удивительно, но это было не больно. Она уже была готова к морю крови и режущим неприятным ощущениям. Но — ничего подобного. Поначалу чувствовался лёгкий дискомфорт, но его очень быстро сменило чистое удовольствие от движений Драко внутри неё. Казалось, ничего приятнее быть просто не может. В голове промелькнуло: «Какого черта я не соглашалась на это раньше?». Но эту мысль, как впрочем и все остальные, быстро сдуло, когда парень над ней стал ускоряться, пробуждая внизу живота спящий вулкан удовольствия. Она думала, что в прошлый раз было приятно. Но то их баловство ни в какое сравнение не шло с коктейлем из эмоций и чувств, что бурлил в Гермионе сейчас. Она уже не контролировала себя, до синяков сжимая предплечья вбивающегося в нее Малфоя, и, словно в тумане, слышала свои и его громкие стоны. А потом — взрыв внутри, искры в глазах и дрожь по всему телу, словно живительный удар дефибриллятора.
У Драко не было особо большого опыта с девушками, как многие думали. Слизеринка Фиона Хилли (была старше него на два года), с которой он лишился девственности в конце пятого курса, а потом ещё пару раз поупражнялся, закрепляя успех. Досадная и пьяная ошибка — Ромильда Вейн. И Дафна Гринграсс, с которой он несколько раз разряжался, пока корпел над заданием Лорда. И все эти девчонки были с опытом. Но ни с одной из них он не чувствовал то, что было с Гермионой: кайф в чистом виде. Он кончал со звёздами в глазах. Как такое вообще возможно? И единственное, о чем он подумал, приходя в себя, все ещё оставаясь в девушке: «Теперь она от меня просто так не отделается». О чем, собственно и поспешил ее предупредить:
– Ты же понимаешь, что это не разовая акция? Я после такого тебя не отпущу никуда, Грейнджер, – хриплым прерывающимся от сбитого дыхания голосом говорил Драко.
– Я не против, – так же задыхаясь, отвечала Гермиона, которая ещё не отошла от оргазма и явно не совсем осознавала, что болтает.
Малфой улыбнулся и приподнялся, чтобы не раздавить девушку. Осторожно убрал с её лица прилипшие волосы, провёл пальцами по губам гриффиндорки, словно желая запомнить на ощупь каждую деталь в ней. Затем спустился рукой к шее, сопровождая глазами каждое своё прикосновение. А Гермиона все это время наблюдала за его блаженным выражением лица. Но как только рука Драко спустилась ниже, с его лица будто слетели все краски, а блаженную улыбку сменили шок и паника.
Девушка уже опускала голову, чтобы узнать причину такой перемены в настроении парня, но взгляд ее скользнул по груди Малфоя, на которой красовалась метка — её имя, выведенное красивым каллиграфическим почерком. И не сложно было догадаться, что Драко сейчас так пялится на тату со своим собственным именем под ее сердцем.
– Твою мать…
– Этого просто не может быть.
Произнесли они одновременно и уставились друг на друга широко распахнутыми глазами, прекрасно осознавая, что это значит.
========== Эпилог ==========
Соулмейты. Они — дракловы соулмейты! Как такое вообще возможно? Гермиона была уверена, что даже если заморочиться над подбором идеально проходящих друг другу пар, их бы не вошла даже в первый миллион. Это было больше похоже на чью-то неудачную шутку. Видимо, у судьбы совершенно больное чувство юмора.
Драко и Гермиона договорились никому ничего не рассказывать. Пока. Потому что понятия не имели, как это объяснять своим друзьям и родственникам. Но время шло. Прошёл ещё месяц, в течение которого они продолжали свои тайные встречи. Пару раз их даже ловили дежурные: благо ничего противозаконного они не делали, и как-то удавалось отболтаться без последствий. Но долго так продолжаться не может. К тому же гриффиндорские друзья Гермионы ни на шутку обеспокоились вопросом ее странной «болезни» и активно начали искать корень зла. Это стало последним сигналом к тому, что пора признаваться. Тем более, что накануне Малфой не удержался и все-таки выболтал их тайну Паркинсон, которая не особо-то удивилась и даже поздравила Драко с удачной партией, учитывая все обстоятельства.
Грейнджер собрала самых близких людей — Гарри, Рона, Джинни — в своей комнате. Судя по настрою, они ждали радостных новостей: надеялись, что девушка нашла решение своей проблемы. И отчасти это было так, но вот совсем не тем, что они хотели услышать.
– … Я ошибалась. Это было не проклятье, а проявление связи родственных душ, – закончила Гермиона свой длинный рассказ, начатый сильно издалека.
– Но откуда ты?.. – попытался задать первый очевидный вопрос Поттер.
– Метка, – прервала его Гермиона. – В виде имени моего соулмейта.
– И твой соулмейт — это? – продолжила логическую цепочку Джинни.
– Малфой, – выдохнула девушка, еле сдерживая дрожь в голосе. – Драко Малфой.
А потом время будто остановилось: ни звука, ни шороха, ни даже изумлённых взглядов, ахов и вздохов. Просто абсолютные тишина и бездействие. Друзья словно зависли и не поняли, что им только что сказали. Лишь спустя минуту появилась первая реакция. Это был Рон. Он просто встал и молча вышел за дверь: наверное, как обычно, пошёл переваривать информацию в одиночестве. Действие друга оживило Гарри:
– Это шутка такая? – и не дождавшись ответа, продолжил марафон новых вопросов. – Как ты вообще это узнала? Это можно как-то исправить?
– Как ты исправишь родство душ? – на грани слуха прошептала все ещё шокированная Джинни, вперив изумленный взгляд в своего парня.
– У него те же симптомы. Я узнала совсем недавно. А потом у нас проявились метки, и все встало на свои места, – конечно, Гермионе пришлось пропустить огромный кусок с рассказом о ее тесном общении с Драко. Она посчитала, что друзьям вполне достаточно и этого, подробности здесь совершенно ни к чему.
– Рон надеялся, что у вас все наладится, – растерянными голосом, смотря в никуда, бормотал Гарри. – Он думал, ты сильно переживала из-за проклятья, поэтому принимала не совсем обдуманные решения.
– Я уверена, что Рон все поймёт. Изменить что-то в такой ситуации не в моих силах. Да и вообще ни в чьих.
На этом разговор, конечно, не закончился. Они просидели в комнате Гермионы почти час, обсуждая такой невероятный финт судьбы, выискивая хоть что-то положительное в произошедшем. Ребятам это удавалось не особо, но спустя какое-то время они расслабились и даже пытались шутить по этому поводу.
Гермиона же уже успела смириться со своей судьбой: в конце концов несколько месяцев общения с Драко показали, что они вполне могут неплохо общаться, даже более того — соответствовать друг другу как в интеллектуальном, так и в физическом плане. А любовь? Это самая интересная и неотъемлемая часть связи. И она у них ещё впереди.