- Это Павел, мой товарищ из города, он сегодня случайно оказался в наших краях, вот и заехал.
- Ну что же ты сразу не сказала, давайте, я вас чаем напою, с вареньем.
В это время в ограде, о чем-то шушукаясь и хмыкая, нарисовалась сладкая парочка попутчиков Павла.
- Нет, спасибо, Татьяна Михайловна, мы не одни. Павел тут с друзьями, - попыталась быстренько отказаться девушка.
- А чо? Чаю бы я попил, - вклинился в разговор татуированный.
- О Господи! – Настя закатила глаза.
- Ребята, проходите в беседку, я сейчас накрою вам стол. Вы же с дороги, - засуетилась Царица.
Тут в ограду заскочила худющая рыжая девчушка с большой сеткой-авоськой, полностью забитой книгами, и увидев столько незнакомого народа, оторопело остановилась.
- Давай в дом, книги пока разбери, - поторопила её Царица.
Павел наморщил лоб, пытаясь вспомнить, где мог её видеть, а когда вспомнил, мгновенно протрезвел, нервно прижимая волосы на макушке, которые непроизвольно встали дыбом.
- Паша, тебе плохо? Ты бледный стал, - озабоченно спросила Настя, заметив состояние парня.
- Нормально всё, просто не спал всю ночь, - выкрутился он.
Вся гоп компания дружно уселась на деревянные лавочки под навесом и насела на угощения. Через некоторое время опять хлопнула калитка и во двор забежала запыхавшаяся соседка, баба Вера, по прозвищу ‘Головёшка’.
- Тьфу ты, принесла нелегкая, - чертыхнулась хозяйка, поспешив навстречу незваной гостье.
- Ты слыхала, Михальна, это упыть Кротов на разборки за своего мелкого говнюка-Кротёныша, к нашей училке сегодня с утра завалился. А к ней друзья как раз из города приехали! Ха-ха-ха! Ну, они его и …, - спотыкнулась она на выдохе, увидев сидящих за столом и с ухмылками уставившихся на неё парней, а так же, ту самую училку.
- Ой! – прикрыла она рот ладошкой.
- Ты иди, баб Вера, потом зайдешь, расскажешь. Видишь, у меня тоже гости, - подтолкнула её к калитке Царица.
- Вот блин, ославили вы меня на всю деревню, - расстроилась Настя.
- А чо мы? – запротестовал татуированный, - Даже не били его. Почти.
- Мальчики, может наливочки? - подошла улыбающаяся во весь рот хозяйка.
- Нет! – излишне резко вскрикнула Настя, а парни дружно рассмеялись, - Татьяна Михайловна, пойдемте, поговорим, пока ребята чаевничают.
- Ну, пошли, - вздохнула женщина, и они направились в дом.
В комнате к ним присоединилась любопытная Анютка, не так часто у них в доме бывали гости.
- Пытались перешить? – увидев швейную мастерскую, догадалась девушка.
- Пыталась, - не стала отпираться Царица, и развела руками, - Раньше я чего только не шила, всем нравилось, а вот переделывать не выходит.
- Вы знаете, я могу договориться в долг.
- А чем я отдавать буду? Ведь отменили же эту чертову форму десять лет назад, и вот опять. И что не живется спокойно этим чиновникам? Когда пенсию дадут, черт их знает? Да и пенсии этой, если за все три месяца шиш да ни фига будет, - она закатила вверх глаза и стало шевелить губами, явно подсчитывая возможный доход.
- Здесь на усмотрение школы, чиновники не причем, - вздохнула Настя, пытаясь найти выход из положения.
- Что тут считать? - вклинилась Аня, - У тебя тысяча триста в месяц, значит, за три будет - три тысячи девятьсот.
- Ага, деньжищи! – хмыкнула женщина.
- Давай, баксы продадим, - вспомнила девочка.
- Забудь ты о них, прости Господи! – скривилась Царица.
- Что за баксы? – заинтересовалась девушка.
- Да подсунули внучке на рынке, ироды, - покачала головой женщина.
А девочка тут же метнулась в другую комнату и протянула Насте стодолларовую купюры.
- Это за что ей дали? – удивленно спросила девушка.
- За ведро земляники, - гордо отрапортовала девчушка, тряхнув рыжей шевелюрой.
- Да ладно? – изумилась Настя.
- Вот и я о том же, обманули подлецы, - возмутилась женщина.
- Дайте-ка, я схожу, парням покажу.
Через несколько минут она вернулась, держа в руках три тысячные купюры и ещё две сотенные, и протянула их женщине:
- Вот возьмите, Павел как раз на машину доллары покупает.
Женщина удивленно попятилась назад, пряча руки за спину:
- Я не могу их взять!
- Ура! – запрыгала и захлопала в ладошки Анютка, - Баксы настоящие! Бери ба.
- Это же ваши доллары? – уточнила Настя.
- Наши, наши, я заработала! - продолжала трещать девочка.
- Это ж почти три моих пенсии! – изумилась женщина, всё ещё не решаясь взять деньги, - А вдруг за ними вернутся?
- Куда, баба? Я же на тракте продала ягоду. Вместе с ведром!
- Чудеса, - протянула Царица, наконец-то забрав купюры у девушки.