- Это наверно твоя мама, - сказала она, поднимаясь с дивана.
Мальчишка опять насупился и юркнул на старое место перед телевизором.
Еремеева открыла дверь и с удивлением отступила назад – в квартиру зашла целая делегация во главе с заплаканной Настей, которая хлюпала носом всю дорогу.
- Анастасия, это кто? - вместо приветствия растерянно спросила женщина.
- Мы с ней, - за всех ответил Павел.
Еремеева согласно кивнула, пропуская гостей внутрь помещения, а её взгляд непроизвольно задержался на очень красивой молодой девушке, которая взглянула на неё с явной неприязнью. В это мгновение в ней промелькнули отдаленно знакомые черты. Они, разувшись, всем скопом вошли в зал и остановились, увидев сидящего на диване мальчишку.
Тот внимательно смотрел мультики. Настя сделала несколько шагов вперед и вытянув руки всхлипнула:
- Сыночка, здравствуй, мой хороший, иди к маме.
Тот насуплено повернул голову и удивленно глянул на откуда-то взявшуюся целую кучу народа.
- Ванечка, беги к маме, вы сейчас домой поедете, - неожиданно для всех сказала Надежда Петровна.
Парнишка неуверенно встал и уже через секунду утонул в Настиных руках. Она присела на корточки и тихонечко всхлипывала, гладя и целуя мальчика. По щекам Еремеевой опять побежали слезы. Настя подняла на неё удивленное лицо и спросила:
- Что произошло? Я чуть от страха не умерла, пока ехала.
Женщина, наконец взяла себя в руки, и резко сказала:
- Забирай ребёнка и уезжайте! Я пока сюда шла, заглянула к знакомому нотариусу и написала расписку, что дала согласие. Здесь ему оставаться опасно.
- Да что случилось? – воскликнула Настя, - Я без объяснений никуда не уеду. А вдруг эта опасность догонит его у меня.
- Не догонит. С этим я разберусь.
- А если не разберетесь? – спросил женщину Павел.
- Вы кто вообще? – спросила женщина.
- Я её жених, практически муж, - не моргнув глазом, ответил парень.
Все немного прифигели, но вида не подали. Даже Настя.
- Это хорошо, значит будет, кому их защитить, - отрезала женщина, подавая ей бумагу, - А мне надо защитить своего ребёнка. Так что забирай сына и уезжайте.
- Вы согласны отдать мне его насовсем, и подтвердите это в суде? – округлила глаза Настя.
- Да, все верно, находиться сейчас рядом со мной опасно.
Сергей взял из рук Насти расписку, внимательно её прочитал, потом сел на стул и спокойно сказал:
- Никто никуда не поедет. Либо вы все рассказываете, либо я вызываю милицию.
- Не надо милицию, - сказала женщина и разрыдалась.
Мальчишка снова подбежал к ней и начал гладить по руке:
- Ну, баба, ты опять плачешь, ты же обещала, - он тоже начал всхлипывать.
А та вдруг его резко обняла и еще громче зарыдала:
- Ты прости меня солнышко, дуру непутевую, я так перед тобой виновата!
Все ошарашено смотрели на эту душераздирающую сцену, потом Настя сказала:
- Надежда Петровна, давайте расскажите нам все, мы вам поможем.
- Еще вас не хватало в это втянуть. Это же не люди, даже не звери, мутанты какие-то.
- Мы тоже не пальцем деланные, - успокоил её Сергей.
- Ну, хорошо, как хотите. Если коротко, то меня, как последнюю дуру, раздел и обвел вокруг пальца наш адвокат. И теперь я от него в полной зависимости.
- Его фамилия случайно не Ковальчук? – спокойно уточнил Сергей.
- Ковальчук, - удивленно подтвердила женщина.
- А вы могли бы подробнее рассказать про ваши от него зависимости, - продолжил задавать вопросы Сергей.
- Мне трудно об этом говорить, - мотнула головой женщина.
- А вы попробуйте.
- Дело в том, что мой сын в тюрьме.
- Это мы знаем. Причем здесь Иван?
- Подождите, мне надо собраться с мыслями.
- Может, хотите воды? – спросил Павел.
- Спасибо, я справлюсь. У меня слабый сын, домашний, к тому же наркозависимый. Это моя вина. Я его очень трудно рожала. Чуть не умерла. Больше у меня детей быть не может. Он тоже еле выжил, родился восьмимесячным. Вот я и облизывала его всю жизнь. А теперь меня Бог наказывает, - она тяжело вздохнула и продолжила, - Хотя меня есть, за что наказывать.
- Любого человека есть за что наказывать, - поддержал её Сергей.
- Так вот, мой сын в тюрьме. И совершенно справедливо. Они изнасиловали девочку. Но я все равно дралась за него, потому что знала, что в тюрьме он не выживет. Так и получилось. Над ним тут же стали издеваться, и я попросила Ковальчука решить этот вопрос. И он его решил, - теперь она замолчала надолго, уставившись в пол, - И еще он пообещал, что девочка, из-за которой они сидят, изменит свои показания в пользу Стаса. Но вчера… короче у него на меня есть убийственный компромат, против которого я бессильна.