- Наверно, так и есть! - неожиданно согласилась девушка, - А как выглядел этот … получеловек?
- Ты уже его видела?
- Когда? Удивилась девушка?
- Я тебе показывал. Помнишь, в машине? На животе.
- А, помню! – вспомнила Марина жуткую рожу, и вдруг попросила, Покажи ещё раз.
Парень, молча, скинул футболку и повернулся к девушке. Та уже без боязни наклонилась к нему и стала аккуратно вести пальчиком по контуру наколки. Неожиданно парень то ли шевельнулся, то ли это было наяву, но глаза на жуткой роже задорно блеснули, а один из них весело подмигнул девушке. Она резко отдернула руку и устыдившись своей реакции, подняла на Сергея глаза… В этот мир они вернулись только на следующее утро, когда Марина проснулась от настойчивого солнечного лучика, который с завидным упорством пытался её разбудить. Рядом с ней, во сне улыбался Сергей.
- Как же я жила без тебя все это время? - прошептала она, осторожно поглаживая шрам от пули на его плече, - Да и жила ли?...
Глава 39. Война без правил…
Бульдог стремительно вошел в кабинет к Греку и с ходу уселся на свободное кресло.
- Спасибо за пацанов, Грек, с меня причитается.
- С ними рассчитайся, да и всех делов. А что мутили?
- Завтра сам все узнаешь.
- Хорошо, завтра, так завтра. А слыхал, твой брательник в Москву сваливает.
- Ему не оставили выбора. Москвичи круто наехали, бодаться было бесполезно.
- И что теперь? Тема умерла?
- А сам-то ты, как думаешь? Тем более этот хитрожопый Антон продал её на корню западникам. Так что заканчивай охоту.
- Так и знал, что ты меня кинешь. Вам барыгам верить нельзя ни при каких обстоятельствах.
- А я знал, что ты именно так и отреагируешь, и в свою очередь хочу сказать, что с вами, бандюгами, партнерские отношения нельзя иметь ни при каких обстоятельствах. Заканчивай охоту и давай подобьем бабки. Я не хочу остаться тебе должным.
- Бабки? Какие нахер бабки? Этот мудак перебил всех моих близких, а ты блядь говоришь о каких-то бабках? – взревел Грек, вскакивая с места.
Но Бульдог даже не отреагировал, плашмя долбанув об стол появившимся из ниоткуда Стечкиным, и оставив его лежать на столе:
- У тебя ко мне претензии? – прошипел он, прищурив глаза на Грека.
- А кому мне предъявлять претензии? – даже не взглянув на ствол, продолжил тот.
- Себе предъяви, кому же ещё? Это я что ли планировал операцию?
- Ты дал мне не всю информацию!
- Я тебе дал все, что у меня было. Или ты хочешь сказать, что я намеренно что-то скрыл?
- Откуда я знаю?
- А раз не знаешь, то и нехер пиздеть!
- То есть ты сливаешься?
- Послушай Грек, у меня из десяти планируемых проектов, выгорает максимум пара штук. Остальные вложенные бабки сгорают. Что ты предлагаешь? Перестрелять друг друга?
- Я не успокоюсь, пока не завалю этого козла, и срать я хотел на твои потраченные бабки. Тем более я уже нашел, через кого его можно выкурить.
- Мне это фиолетово, меня интересует только наши с тобой договоренности. Я не хочу, чтобы у тебя ко мне были претензии.
- Я не могу тебе этого обещать!
- Хорошо, что ты предлагаешь?
- Жди, пока я не закончу дело, потом и посчитаемся.
- Так не пойдет, Грек. Мне нужны определенности, тем более я хочу свалить за братом. Здесь меня все равно сморщат.
- Правильно и сделают.
- Короче, я так понял, мы с тобой не договоримся?
- Я сказал позже, значит позже, - вновь рявкнул Грек.
- Слышь ты, - спокойно проговорил Бульдог вставая, и засовывая ствол за ремень брюк. – Ты на своих гопников покрикивай, я на твои децибелы срать хотел.
Он развернулся и спокойно вышел из кабинета, кинув напоследок:
- Жду твоего решения до вечера!
- Пошел нахер, я уже все сказал, - крикнул он в закрывающуюся за Бульдогом дверь.
Грек сделал пару нервных кругов по кабинету и привычно гаркнул в коридор, приоткрыв заново, захлопнутую Бульдогом дверь.
- Якута ко мне! Со всем его народом, они уже вернулись с дела?
Через несколько минут в кабинете Грека собралось пять человек явно спицифической, криминальной наружности. Если бы Ковальчук был живой, то некоторых из них он бы несомненно узнал, но в данный момент он уже жарился на сковородке.
- Завтра утром, на двух машинах валим Зорькино, я с вами. Там прихватываем одну девчонку и возвращаемся в город. Все ясно?
- А зачем столько народа за одной девчонкой.
- За тем, что я так сказал? – рявкнул Грек.
Народ сразу припух, недоуменно переглядываясь, но спорить с явно взбешенным шефом, охотников не нашлось.