- Привет Бульдог, я тут определился с бабками. Где пересекаемся?
- Хау мачь?
- Чего?
- Сколько говорю, денег готовить? Посчитал?
- А чего тут считать? Давай лимон зеленых и кругом бегом!
- А рожа не треснет? – усмехнулся Бульдог, которому только что в срочном порядке передали информацию с микрофонов, установленных у Грека в офисе. Не зря же его спец проверял по просьбе самого Грека компьютеры. Понатыкал, где смог.
- А сколько, по-твоему?
- Двести штук.
- Издеваешься, давай хотя бы пятьсот. Ты же сам знаешь, сколько я потерял, рассчитывая заработать с тобой.
- Ну, хорошо, триста.
- Ни мне, ни тебе, вези триста пятьдесят.
- Ты хочешь, чтобы я ещё сам тебе деньги и привез? А ты ничего не перепутал? Приезжай завтра ко мне в офис и забирай, я позвоню, как приготовлю.
- Хорошо, жду звонка.
Грек потер руки, это как раз то, что ему было надо. Но пацанами придеться пожертвовать однозначно. Надо сделать так, чтобы их ко мне не привязали.
- Заходи, - кивнул он бойцу, приглашая его в кабинет, - Все упрощается. Бульдог приготовит завтра мне бабки и будет ждать у себя в офисе. Там он спокоен и не ждет подлянки. Вы втроем заходите и без базара, сразу валите двух охранников. Они сидят в фойе. Я дам стволы с глушаками. Потом заходите в кабинет и устраняете Бульдога. Забираете деньги и выходите. Я страхую вас с улицы. Там могут быть камеры, поэтому работаем в масках.
- А там точно никого не будет?
- Точно, Бульдог же ссыкун, поэтому не афиширует наши с ним тёрки. Пацаны подходящие есть?
- Да.
- Я их знаю?
- Нет, мы с ними по другим делам пересекались.
- Хорошо, не говори, на кого работаешь. Им по пятерке зелени, а ты считай, что на новой тачке ездишь. Все, вали, к восьми утра жду…
Через десять минут распечатка этого разговора была на столе у Бульдога.
- Вот же сука! – в сердцах выплюнул он, - Совсем охренел, гнида уголовная!
Ситуация была мягко говоря хреновая. Пацанов то конечно они примут, тут проблем нет, но к Греку их не привяжешь. И тогда открытая война с махровым криминалом. Блядь! Как все не вовремя. А решать надо будет однозначно, потому-что нельзя будет начинать ничего нового, пока за спиной висит эта гиря. В это время в кабинет заглянул охранник:
- Чего надо? – рявкнул Бульдог.
- Сергей Иванович, тут к вам люди.
- Какие ещё люди?
- Помните, парень приходил с девушкой?
- Пусть заходят.
Бульдог обошёл стол и плюхнулся в высокое кожаное кресло. Через пару секунд в кабинет вошел Сергей, но без девушки, а с каким-то отдаленно знакомым парнем.
- Я не понял, а ты кто? – ткнул он пальцем в незнакомца.
- Я Павел, - представился тот.
- А, вспомнил, видел фотки, ты правая рука Корнева! Тебе чего надо? У нас с ним сейчас все ровно.
- Сергей Иванович, выслушайте нас, дело срочное?
- Вы ваши дела решайте сами, у меня своих по горло.
- Это общее дело.
- Что-то подозрительно много у нас стало общих дел?
- Вы же сказали, что у вас Антоном ровно, а вчера Грек напал на наших людей, - вклинился Павел.
- Ты мне хочешь за Грека предъявить! – подпрыгнул со стула взбешенный Бульдог и долбанул ребром ладони по своему горлу. - Да он вот где у меня стоит!
- Подождите, - примирительно вскинул руки Сергей, - Надо объединить усилия и решить с ним вопрос.
- Я его и без вас завалю!
- Сергей Иванович, ты можешь выслушать?
- Что тут слушать? Этот козел все делает руками своих бойцов, его к криминалу не пристегнешь.
- У меня есть на него компромат, но если я пойду официальным путем, это будет долго и нудно, а вам это раз плюнуть.
Бульдог опять плюхнулся в кресло.
- Какой компромат?
- Слышали про стрельбу в Зорькино сегодняшним утром?
- Это где шестерых завалили?
- Да, это бойцы Грека.
- И кто их успокоил? – Бульдог аж опять привстал от любопытства.
- Я, - спокойно ответил Сергей, - Грек там тоже был, лично, но смог уйти.
- Ты!? – офигел Бульдог, - Один, всю кодлу?
- Не один, мне помогли местные. Но все дело в том, что я не могу сейчас пойти и разобраться с ним, как положено, - он спокойно достал служебную корку и положил перед Бульдогом.
- ГРУ?
- Да, я и так не знаю, что мне будет, когда всё всплывет.
- А ты что там делал?
- Вы не поверите, случайно!
- Ни хрена себе, случайно! Не хочешь ко мне работать?