-У нас есть полчаса, пока бабушкин сериал не кончился- предупредила я Патрину. Она махнула рукой, мол- успеем!
Крадучись под окнами дома, мы обогнули его и помчались через усад к оврагу. Патрина бежала впереди, крепко держа завернутую в ткань куклу. Я еле поспевала за ней. В голове роились мысли, одна страшней другой. Что, если у нас ничего не получится? Все-таки Рубина шувани. Разве можем мы, дети, противостоять ей?
Солнце скрылось за большой серой тучей. Вмиг все вокруг потемнело, нахмурилось. Вдалеке мелькнула вспышка молнии. Еще грозы не хватало!
В старом овраге было еще темнее и сумрачнее. Патрина положила куклу на землю. Я увидела, как она вытащила из кармана спички и какую-то смятую бумажку.
Заметив, как я застыла на месте, боясь приблизиться к свертку, она дернула меня за руку, заставив подойти ближе.
-Не стой столбом! Надо все делать быстро. Найди сухие палки. Разожжем костер!- командовала цыганка. Я начала метаться по оврагу, подбирая ветки и остатки коры. Когда все было готово, Патрина чиркнула спичкой, и ветки тут же вспыхнули, загорелись. Я завороженно смотрела на огонь.
В правой руке девочка держала куклу, в левой - клочок бумаги. Устремивши на него взгляд, она принялась читать вслух странный заговор. Был он на цыганском, или ином языке - не знаю до сих пор. Патрина произносила слова то быстро, то нараспев. Я наблюдала за ней, и могу поклясться, что в этот момент она была сущей ведьмой. Волосы ее развевались, юбка вздымалась на ветру каскадом оборок.
"Вот кому суждено стать шувани"- подумала я. Настоящей, спасающей от зла белой колдуньей!
Закончив читать, Патрина кинула бумажку в огонь.
-Гори!- пронзительно крикнула девочка и наотмашь бросила куклу в костер. Я вся сжалась, ожидая, что Катя завопит, попытается спастись. Но ничего не произошло. Тряпочный сверток начал гореть. Я почувствовала, как мне за шиворот льется вода. Дождь!
-Бежим отсюда! Оставаться нельзя!- Патрина старалась перекричать поднявшийся шум. Ветер крепчал, а дождь стоял стеной. Взявшись за руки, мы выбежали из оврага, не оглядываясь.
VIII
Я сидела на кухне, запивая горячим чаем малиновое варенье. Бабушка суетилась в комнате, раскладывая по сумкам наши вещи. Завтра утром мы уедем домой. Неужели на этом все? Неужели ритуал Патрины сработал? Как бы мне хотелось в это верить! С опаской я посматривала в темное окно. Дождь не унимался, наоборот, превратился в ливень. Интересно, успела ли сгореть поганая кукла? Я еще долго думала о Кате, представляя, как то, что от нее осталось, лежит в овраге под грудой почерневших, сырых веток. Пропади ты пропадом!
Баба Валя села рядом, шумно вздохнув.
-Ну, вроде все собрала! Автобус у нас в 11.30. Утром долго спать не дам. Надо проверить будет все, закрыть. Да и до остановки с полчаса идти, не меньше. - казалось, бабушка разговаривает сама с собой. Она еще долго металась по дому, ходила в огород, гремела ведрами во дворе. Я знала, что сейчас лучше не вертеться у нее под ногами, и потому устроилась на диване с журналами. Были тут и "Мурзилка", и "Трамвай", но я, хоть и любила чтение, была невнимательна и никак не могла сосредоточиться. Из головы не выходила кукла. Гнетущее чувство тревоги возрастало, давило на грудь, словно стальной обруч. Интуиция подсказывала мне, что история не закончена, но я пыталась убедить себя в обратном. В конце концов, это последняя ночь в этом доме, но...черт возьми! Кажется, я смогу успокоиться лишь тогда, когда деревня Ледяная окажется далеко-далеко позади.
Мы рано легли спать. Я долго лежала в кровати, уставившись в потолок. Наконец, меня сморило. Не знаю, сколько времени прошло - десять минут, или час, но что-то заставило меня проснуться. Тяжелое ощущение чего-то нехорошего, страшного. Открыв глаза, я первым делом посмотрела в сторону бабушкиной кровати. Пусто! Тут я испугалась не на шутку. Куда она делась? Прищурившись, я поглядела на будильник: три часа! Час волка. Так называют это темное, предрассветное время. Самое опасное, тревожное. Время разгула нечистой силы, время зла. Господи, откуда я это знаю? Верно, из какой-нибудь взрослой книги, которые мне еще рановато читать...
Преодолевая страх, в одной сорочке, босая, я кралась к кухне. Осторожно выглянув из-за угла, я увидала большую, темную фигуру, стоявшую у окна. От ужаса перехватило дыхание.
"Вот и все"- мелькнуло в голове. Но тут фигура резко обернулась, и я узнала бабушку.
-Баб, ты чего здесь...-начала было я, но бабушка зашипела и приложила палец к губам, жестом позвав меня к себе.