— Команда «Сбор», живо! — крикнул Мюльбауэр, и тотчас сидящие у костра, принимающие пищу, чистящие оружие, дремавшие в палатках и на спальных мешках солдаты вскочили и выстроились в шеренгу напротив канонерки.
Многие из встали в строй в нательном белье, а робототехник Руди ещё долго пытался найти место, куда спрятать зажатую в запачканном кулаке отвёртку.
— Даю вам десять минут, чтобы погрузить все припасы, палатки и прочую ересь на борт «Оцелота»! Через десять минут вы все стоите на этом же месте в полной экипировке и при оружии! Выполнять! Ирма, сбегай за караульными и вместе идите сюда! И осторожнее! Мне потери личного состава ни к чему!
Солдаты бросились врассыпную и стали разбирать палатки, сворачивать спальники, искать инструменты, торопливо собирать оружие и одеваться. В разгар суматошных сборов из тёмного леса с истошными криками выбежали Ирма и двое караульных с автоматами наперевес.
— Герр гауптштурмляйтер, мы видели чудовище! — завопила напуганная до дрожи в коленях девушка. — Оно идёт сюда, сюда!
— Всем занять полукруговую оборону! — скомандовал Мюльбауэр и одним махом оказался на борту канонерки. — Герман, заводи машину: мы улетаем!
Названный Германом пилот отделился от толпы снующих внизу солдат и, буквально запрыгнув на канонерку, скрылся в её недрах. Быстро подключив отсоединённые аккумуляторные батареи к двигателям, пилот вбежал обратно на верхнюю палубу и краем глаза увидел то самое чудовище.
Оно было высоким, под четыре метра, и казалось худым, как жердь. Поджарая красная кожа, отливавшая желтизной в неистово пляшущем свете костра и фонарей, пульсировала отвратительными набухшими венами и переливалась многочисленными кристаллическими наростами, растущими прямо из пробитой плоти. Неуклюже ступая по земле, кристаллический монстр взмахнул мощной мускулистой рукой, оканчивающейся вросшим прямо в кость и мышцы огромным заточенным кристаллом, и угрожающе зарычал, зашевелил целым клубком мерзких дёргающихся щупалец, растущих на тупорылой морде в районе пасти. Верхняя часть его головы окончательно превратилась в гротескное скопище зелёных кристаллов, и сквозь их тонкие стенки на окружающий мир пялился налитый кровью круглый глаз с вертикальным зрачком.
— Это что ещё за пиздец? — в ужасе выкрикнул один из солдат и открыл огонь по чудовищу из переносного пулемёта.
К нему сразу же присоединились его товарищи, а Ирма, с огромным трудом поборов страх, взлетела в воздух и стала колдовать атакующие заклинания. Пришедшее из леса чудище моментально пришло в ярость, ощутив попавшие в массивное тело пули, и неожиданно для своих габаритов с разбега протаранила наспех возведённые из ящиков баррикады и канонерку тяжёлым кристаллическим наростом на голове. От мощного удара по корпусу машина со скрежетом повалилась набок, а солдаты, стоящие на пути монстра, оказались растоптаны в кровавую кашу и разорваны на куски острыми кристаллами, точно панцирь покрывающими кроваво-красное тело.
Мюльбауэр, не удержавшись, упал на землю, но быстро вскочил и с пистолетом наготове оббежал поваленную канонерку. Едва увернувшись от Руди, которого пришелец наотмашь ударил тупым концом кристаллического клинка и отправил в полёт через всю поляну, Герберт бросился к неработающему двуногому роботу-охраннику и, поколдовав над консолью запуска, включил его. Бездушная бронированная машина, вооружённая дальнобойной картечницей, механизированной рукой-клешнёй и огнемётом, тотчас распознала свою цель, что в данный момент точечным ударом развалила пополам одного из стрелков.
Следующими по велению Мюльбауэра в небо взвились дроны с установленными на борту автоматическими пулемётами. Их было всего двое, но в подобной ситуации даже пара дронов-разведчиков могли бы спасти не одну жизнь.
Шагающий танк выпустил из огнемётной трубки тугую струю пламени, окутавшей монстра, словно тот был обёрнут парафиновой бумагой, смоченной в бензине. Оставшиеся в живых солдаты с криками спрятались за бронёй робота и один за другим принялись забрасывать противника противопехотными, противотанковыми, коррозионными и электрогранатами. Как по команде, открыли бешеную стрельбу два кувыркающихся в воздухе дрона, а Ирма добавила напалмовую бомбардировку, сорвавшуюся с окутанным пламенем рук.
И только Айю нигде не было видно, словно рыбница взяла и испарилась.