На какой-то момент времени между ними вновь повисла неловкая пауза, она продолжала смотреть на него, вскинув брови и слегка поджав губы, даже совсем немного растерявшись. Кажется, этот парень не был простаком. Сказанное, он понимал довольно хорошо. Тогда для чего это всё?
– Вот что, – быстро произнёс юноша, видимо заметив на лице своей собеседницы замешательство, – давайте меняться. Вы мне хвощ, а я вам… ну, хотя бы цветок русалки.
– Что?
– Хорошо, я дам вам ещё баранец, но знайте, что это уже просто грабёж. Ну как, по рукам?
– Да нет же, – травница прикрыла глаза, начав тереть переносицу, – вы не так поняли. Не обязательно торговаться со мной. Я могу просто так отдать часть хвоща вам.
От подобных слов на лице незнакомца, который до сих пор не удосужился представиться, засияла милая улыбка, предающая его без того прекрасному округлому бледному личику ангельское, детское выражение. Он стал похож на ребёнка, которому только что пообещали карусели и мороженное.
– Какая невероятная щедрость с вашей стороны, – глаза его сияли счастьем, щёки загорелись румянцем, грудь волновалась дыханьем, – Я не могу это проигнорировать и оставить просто так. Пойдёмте со мной, выпьем чаю, я угощу вас... вареньем. Так ведь называется это лакомство из вареных фруктов?
– Но, я даже не знаю вашего имени! – воскликнула с изумлением.
Легкая тень задумчивости вуалью легла на лицо юноши, но, всего на пару секунд. Схватив чужую руку, он довольно крепко пожал её.
– Моё имя Квазир.
Девушка взглянула в его чистые глаза и сердце болезненно сжалось. Она почувствовала в нем что-то притягательное, но вряд ли смогла бы даже объяснить, что именно. Скорее всего, позже, травница назвала бы это любопытством, которое пробралось под кожу, будоража каждый волосок и каждый нерв.
– А ваше?
– Тияна.
– Отлично! Мы узнали имена друг друга, можно и в путь выдвигаться.
Он слабо потянул её за руку, невольно заставляя подняться с места и подвёл к рабочему столу Фасили. Положив, стою бумагу на поверхность, ловко выудил из старенького органайзера ручку и к великому удивлению самой Тияны, небрежным почерком, всего за пару минут заполнил документ.
– Мог бы не устраивать этот концерт. Тошно было смотреть, – упрятав лист в ящик стола, процедила сквозь зубы женщина.
– Не ворчи, – ответил с мягкой улыбкой, – Может, уже пропустишь нас?
Фасиля метнула в Квазира уничижающий взгляд, сдула со лба прядку волос, выпавшую из идеальной причёски, оторвала от пыльного рулона один талон и протянула его в руку юноши. Он откланялся и потащил новую знакомую в сторону входной двери, сунув талон в тот самый странный прибор, замеченный ею ранее. На экране появилась надпись «Хорошего дня». Дверь распахнулась, яркий свет ударил в глаза и Тияна, увлекаемая юношей, перешагнула порог, ступив в неизвестность.