— Ну, чего глядишь, приятель? — недовольно обратился Саша к собаке. — Проморгали мы его!
Валера тоже все это разглядел, и его охватило отчаяние.
«Ну, все, сейчас начнется!» — подумал он и, подхватив свой «ВАЛ», откатился в сторону дизеля автобуса.
Вовремя! Бронебойно-зажигательные пули из пулемета принялись разносить кабину автобуса на мелкие кусочки. Хорошо еще, что отсутствие у пулеметчика прицела снизило точность его попаданий.
Пулеметчик сделал паузу. Валера встряхнул головой и опять выглянул в «амбразуру». Видимость заметно ухудшилась. Ветер усилился и нес густой дым от разгорающегося пожара в ковыльной степи прямо на дорогу. В это время далеко позади Валеры и Саши дорогу перебежали три мужские фигурки. В руках у них были автоматы. Бойцы пересекли дорогу, спасаясь от надвигающегося на них с севера пожара. Они забежали в ковыль по другую сторону дороги. Ни Саша, ни Валера их не заметили.
А видимость вокруг автобуса все ухудшалась и ухудшалась. Валера вновь посмотрел на пулемет через прицел своего автомата. Пулеметчик и не думал высовываться из-за бронированного щитка. Видимо, он отлично знал, какая участь постигла обоих его предшественников, и сделал для себя соответствующие выводы. Со стороны автобуса взять его было невозможно.
«Вот сейчас небось опять начнет поливать, — с досадой подумал Валера о пулеметчике, — а у меня даже и ответить нечем, патронов-то тю-тю…»
Саша тоже наблюдал за пулеметчиком и тоже решал непростую задачу — как же его нейтрализовать.
«В лоб его взять невозможно, — размышлял Саша, — его бронещиток слишком крепок, его не берут даже крупнокалиберные бронебойные пули. Ну и как же его теперь оттуда выкурить?.. А что это вон там?»
Саша внимательно всмотрелся через оптический прицел в убитого боевика, облаченного в черную форму, который лежал недалеко от пулемета: «Чего это у него там на груди?.. Точно, она самая… Граната… И как я до этого раньше не додумался?»
Саша тщательно прицелился в черный шарик гранаты, еле различимый на фоне такого же черного обмундирования. Однако не успел Саша спустить курок, как и крупнокалиберный пулемет, и убитого боевика рядом с ним скрыла густая пелена белесого дыма.
Саша принялся ждать, пока она развеется. На несколько секунд возникла пауза в боевых действиях. Залегшие за грузовиком автоматчики скупыми и редкими очередями вели огонь по лежащему на дороге автобусу. Сашу пока еще никто не обстреливал.
Наконец дым немного разошелся. Саша прицелился в облюбованную им гранату на разгрузке у боевика в черном, и тут вновь загрохотал крупнокалиберный пулемет. Огромные пули опять стали кромсать смятое железо опрокинутого автобуса совсем рядом с Валерой. Молясь всем богам и ангелам-хранителям, Валера скорчился за двигателем.
А Саша, удобно устроившийся в своей хорошо замаскированной позиции, тщательно прицелился. Надо было стрелять очень точно. Выстрел по корпусу гранаты был нежелателен тем, что граната могла сдетонировать не сразу, и в таком случае пуля отбила бы ее далеко назад. Саша хотел попасть в чеку. Наконец он задержал дыхание и выстрелил. Пуля попала точно и начисто отстрелила у гранаты кольцо с чекой. Запал гранаты зашипел.
Саша ждал. Прошло четыре секунды. Граната не взрывалась, и он уже начал думать, что у него что-то не получилось. А крупнокалиберные пули из пулемета продолжали рвать, как чудовищные клыки невидимого гигантского зверя, истерзанный кузов автобуса совсем рядом с головой Валеры… Казалось, что еще совсем немного, и двигатель автобуса вообще упадет на асфальт и рассыплется на кусочки… И в этот момент граната на груди убитого боевика взорвалась.
13
Крупнокалиберный пулемет и стреляющего из него пулеметчика отбросило в сторону. Пулемет оказался на боку, а пулеметчик неподвижно распластался рядом с ним. На светло-сером асфальте начала медленно расплываться большая лужа ярко-красной крови.
Валера наконец-то свободно вздохнул и осторожно выглянул в одну из пробоин в кузове автобуса. Дым над дорогой все больше и больше сгущался. Он непроницаемой пеленой затягивал все кругом. Валера видел, как на шоссе вспыхивали короткие звездочки выстрелов автоматического оружия. Но самих боевиков он уже заметить не мог. Валера понял, что пройдет еще совсем немного времени, и видимость снизится до нескольких метров. Его положение вновь осложнялось. В такой обстановке противник мог легко и незаметно подобраться к нему практически вплотную с любой стороны.
Так получилось, что они с Сашей вновь отбили атаку «пятнистых», только на этот раз прежней эйфории у Валеры не было и в помине. Он начал понимать, что ведение каких бы то ни было боевых действий — это прежде всего работа, тяжелый труд. Стоит только немного расслабиться или допустить ошибку, и победа может быстро смениться неожиданным поражением. И так быстро, что и глазом не успеешь моргнуть. Только теперь он начал понимать опасность излишней самоуверенности и неосторожности.