— Не говорил! Как сказала твоя невеста, ты же очень скромен! — рассмеялась девушка. — Но для этого, есть Сеть. Я тебя пробила в первый же день!
— Зачем? — удивился Виктор.
— Ну ты даешь! Стала бы я ночевать с незнакомым парнем в одном купе, без других попутчиков! — возмутилась учительница. — А может ты маньяк, который находится в розыске.
— Ну-у, в чем-то ты и права, — признал очевидное Виктор.
— И это меня тогда сразу смутило, — продолжила Кристина заговорщическим тоном. — А вот сегодня, когда Алиса была искренне поражена новостью, что ты едешь в поезде, стало все ясно окончательно!
— Что именно? — Виктор надкусил большое зеленое яблоко и замер в ожидании.
— Что это ее родители похлопотали, чтобы отправить тебя на границу! А она об этом не знала!
— О! Вот это новости! А им то я что плохого сделал? — хмыкнул парень отмирая и начиная, без малейшего энтузиазма, жевать яблоко.
— Пока ничего, — Кристина закатила глаза к потолку и продолжила рассуждать. — Ну, какие есть варианты? Дочурка их, явно по тебе сохнет. Вон, на бал сама позвала. Вот они и переживают, чтобы ты не вздумал жениться на их единственной дочери! Кстати, ее я тоже только что пробила.
— Да как это возможно?! — снова возмутился Виктор, откладывая так и недоеденное яблоко в сторону. — Что это за игры такие. Я прекрасно осознаю кто она и кто я! Мы из разных миров.
— А вот на счет игр вполне возможно! Ой, какой же ты еще юнец, ничего не смыслящий в коварстве женщин, — она окинула скукожившегося Виктора сочувствующим взглядом. — Ладно, так и быть, открою тебе секрет, как это делать. Надеюсь, когда ты поднимешься к вершинам света, ты не забудешь о той, которая указала тебе это путь в самом начале! — пошутила Кристина.
Неожиданно, ее лицо стало очень грустным, а на лучистых глазах заблестели слезы.
— Что случилось? — встревожился молодой человек. — Я тебя чем-то обидел?
— Не обращай внимание. Я сама себя обидела, — вздохнула девушка, вытирая глаза салфеткой. — Знаешь, я так завидую твоей Алисе.
— Она не моя, — буркнул Виктор, которого порядком утомил весь этот спектакль.
— Это пока, — причитала Кристина. — Перед такой красотой и напором ты не устоишь. Кроме того, вполне очевидно, что она тебя искренне любит.
— С чего это очевидно? Мне вот, например, ничего не очевидно, — Виктор внимательно смотрел на рыдающую сыщицу, ожидая продолжение ее расследования.
— Если бы у тебя была вторая страта, а у нее четырнадцатая, можно было бы предположить о ее корысти и желании затянуть тебя в свои сети. А так, она многим рискует. Идет против воли своих родителей. Неужели ты думаешь, что это так просто — развлечения ради.
— Не знаю, — растерянно произнес ее собеседник, — она еще ничего не сделала, вообще-то.
— Думаю, уже делает, — вздохнула Кристина, — недаром сказала про сюрприз. Вот она молодец! Смогла и решилась, а я нет.
— Что значит нет? О чем ты вообще? — не понял молодой человек.
Суетливо поерзав на своем месте, она еще немного поколебалась, а потом, виновато щуря глаза, начала свой рассказ:
— В Академии Педагогики у меня был парень — Вадик. Мы так любили друг друга! Он был такой нежный, внимательный и заботливый. Помню, мы попали под сильнейший ливень! Вся дорога была заполнена стремительно бегущей водой, а нам нужно было перейти на ту сторону. Мы опаздывали на занятия. Он взял меня на руки и понес через эти бурлящие потоки. Вадик промок насквозь. Его одежда была грязной. Странно, но не смотря на это, он выглядел очень довольным, а я безмерно счастливой. Люди, стоящие на остановке под козырьком, даже захлопали ему, — Кристина вновь заплакала. — Но было одно обстоятельство, которое не позволяло нам быть вместе. Догадываешься какое?
— Разные страты?
— Ага. Он с тринадцатой, а я с восьмой, — продолжительно закивала девушка. — Когда мои родители узнали о нашей связи, они категорически запретили мне с ним общаться!
— А ты?! — спросил потрясенный Виктор.
— Вадик предлагал мне выйти за него замуж и уехать с ним в провинцию, работать. Говорил, что мы вместе справимся.
— Ну и что ты решила?
— А я не решилась. И мы расстались. Видел бы ты его глаза, когда я ему об этом сказала. В них было столько боли. А я струсила. Испугалась все потерять, — Кристина выдохнула, — так что знай, страты — это не пустая формальность. Это разделение общества на ячейки, способные уничижать достоинство, понижать самооценку, разрушать отношения и судьбы. А уж на какую-то там любовь — тому, кто придумал эти страты — вообще было плевать.