— Есть! Не оперировать совсем, — ответил Виктор, — и тогда ребенок к утру умрет.
— А если ты — непрофильный врач — его прооперируешь, то он останется живым? — в упор спросил отец ребенка. — Сколько таких операций ты сделал вообще?
— Я вообще не оперирую, я фармацевт, — спокойно ответил молодой человек, — я ассистировал на одной такой операции. Я буду очень стараться. Мне самому очень страшно. И да, риск высокий, что он умрет: или во время операции, или после операции. Но шанс есть. А вот если его не прооперировать, то он точно гарантированно умрет. Решайтесь. Если Вы сейчас откажетесь, Вы меня сильно обяжете! Я сам не хочу.
— Зачем же ты тогда согласился это сделать? — прорычал Вождь.
— Я не прощу себе никогда и буду всю оставшуюся жизнь, вспоминая этот случай, изводить себя виной за то, что у меня был шанс спасти мальчика и я им просто не воспользовался.
— Милый, ты такой хороший! — Алиса обняла Виктора, смахивая слезу и нежно поглаживая по дрогнувшему плечу.
— А ты кто такая? — спросил ее Вождь.
— Тыкать Вы будете своим слугам! А ко мне извольте обращаться на Вы! Как и я к Вам! — ответила девушка, горделиво задирая подбородок. — Я невеста этого замечательного человека, который хочет спасти Вашего сына, а Вы ему хамите тут!
— Ты очень дерзкая на язык, девчонка! Длинный язык укорачивает шею! Слышала такое выражение? — с угрозой прорычал Вождь.
— Не советую грозить ее Сиятельству. Это Алиса Северская — сиятельная княжна! — вперед выступил старший офицер.
— Да мне все равно! — голос Вождя прогремел еще жестче, вынуждая Алису прижаться к своему молодому человеку ещё сильнее. — Пусть будет хоть принцессой! Это наша земля! Наши законы и порядки! И тут будет именно так, как я скажу!
— А хочешь, я тебе сейчас расскажу, что будет и с тобой, и с твоей землей вместе с вашими законами, если с ее головы упадет хоть волос? — пришел черед полковника, что охраняет Алису, пустить в ход свои «бронетанковые войска». — Это ты тут решил, что царь и Бог. А на самом деле…
— Забавно и что же на самом деле? — насмешливо спросил Вождь, вскидывая бровь и скрещивая пренебрежительно руки на груди. — Ну же, смелее! Я хочу это услышать.
— Хочешь? Так сейчас услышишь! — расставив ноги на ширину плеч и повторяя движение рук Вождя, полковник дерзко пробасил: — Уже утром, сюда прибудет полк тяжелой имперской гвардии! А к вечеру не узнают это место! Видел когда-нибудь выжженную пустыню! — спокойно, без малейшего страха, ответил офицер.
— Господа! Прошу вас успокоиться! — послышался возмущенный голос юного фармацевта. — Мы теряем время на препирательства! А патологический процесс у ребенка, тем временем, продолжает развиваться! А мне нужно еще помыться на операцию! Так Вы даете свое согласие на операцию или нет? Через десять минут я и сам уже не возьмусь! Вам ясно?
— Хорошо! — устало сказал Вождь расплетая руки. — Иди и сделай все, что сможешь.
— Хорошо! Лисенок, идем!
— Лисенок? — Вождь впервые улыбнулся, и, словно по другому взглянул на эту самую Сиятельную княжну. — А ведь и правда, она же рыжая! Смотри, эскулап, лисы они очень хитрые!
— Спасибо, я справлюсь, — обняв девушку сказал Виктор, и они скрылись за дверьми операционного блока, куда уже увезли мальчика.
Переодевшись в костюм для операции, тщательно помыв руки специальной щеточкой, он вошел, с поднятыми руками, в операционный зал. На столе уже лежал мальчик, которому анестезиолог дал общий наркоз. Операционная сестра надела ему перчатки и он подошел к мальчику. Там уже стояла, одетая в стерильный халат, маску и бахилы Алиса. В руках она держала планшет с, поставленным на паузу, видео операции.
Виктор уверенно обработал йодным раствором кожу операционного поля, удалил избыток йода спиртовым раствором. Потом обложил место разреза стерильными пелёнками, зафиксировал их зажимами и взял в руки скальпель.
— Я Вам помогу, доктор, — ободряюще сказала пожилая операционная сестра.
— Милый, я с тобой! — поддержала его взволнованная Алиса.
— Пациент спит. Можно начинать, — доложил анестезиолог.
— Спасибо вам! С Богом! — Виктор шумно выдохнул и сделал разрез.
Вместо обычного получаса, операция заняла полтора. Алиса, глядя в планшет, спокойным голосом, подсказывала своему избраннику все этапы операции, а иногда показывая ему экран. Когда Виктор извлек червеобразный отросток и внимательно рассмотрел, он понял, почему у мальчика такой острый приступ — отросток был весь синий, а местами даже черный. Когда, отрезав, он бросил его в лоток, тот лопнул, выпустив гнойное содержимое.
— Еще полчаса, и был бы перитонит, — со знанием дела сказала операционная сестра и Виктор согласно кивнул.