Император пребывал в мрачном молчании. Нужно было принимать решение. Спустить на тормозах такой скандал, это означало дать в руки его врагам все козыри. Этого он допустить не мог. Отставка князя, больше чем помощника, друга и свое собственное поведение в сложившейся ситуации, вызывало в нем чувство жгучего стыда. В то же время, именно сейчас, он никак не мог справиться с поднимающейся волной страшного гнева, раздирающего изнутри, против тех, кто все это затеял и провернул, и именно сейчас сидел напротив со счастливыми улыбками, выполнив свое грязное дело.
— Слушайте все мое решение! — глухо, еле сдерживая внутреннее смятение, начал Император и все члены Совета устремили взоры на его мрачное лицо, не предвещающее ничего светлого. — Валера, я долго терпел твои выходки и выходки твоей жены!
— Вы несправедливы к нам, Ваше Императорское Величество! — крикнула жена Императора, нагло перебивая человека, занимающего высшую ступень иерархического государства.
— Молчать, когда я говорю! — тяжелый кулак опустившийся на поверхность стола, вынудил всех присутствующих вздрогнуть и замереть в испуганном ожидании. — Или Вы уже решили, что заняли мое место? — гнев вырвался-таки наружу и полился горячими потоками на головы виновных в случившемся. Глаза Император сверкали злобными молниями, но уже от ярости и жажды торжества справедливости. Как же ошибались те, кто думал, что это «невинное недоразумение» тут же забудется и все участники перфоманса безнаказанно разбредутся по домам. Император негодовал, тычя пальцем в пустой лист бумаги: — Секретарь, запишите мой указ!
— Слушаюсь, Ваше Величество! — с готовностью сказал чиновник.
— Указ! Моего брата, принца Валерия Морозова и его жену — принцессу Ирину Морозову, вывести из состава членов Тайного Совета! Доступ к секретным документам запретить! С этой минуты! Зафиксировали?
— Так точно! — и секретарь передал Императору бумагу на подпись. Не мешкая ни секунды, тот подписал Указ, и громогласно продолжил:
— Валерий и Ирина! Вам предписано покинуть столицу! Отныне, Вам запрещается появляться здесь без моего личного письменного разрешения. На этой неделе, отправляетесь в свое Крымское поместье и находитесь там без права выезда. Нарушите мой приказ, будете жить на Камчатке. Сроку на сборы… — озадаченно сводя брови вместе, он взглянул на явно шокированных родственников, — пусть будет три дня. Если по истечении указанного времени вы не уедете сами, вас отправят под конвоем, и уже не в Крым! Вам ясно?! А если я узнаю, что вы продолжаете плести интриги, то в следующий раз уже снисхождения и жалости не ждите! Я вас больше не задерживаю! Идите и собирайтесь!
Онемевшие от страха брат Императора и его жена, пристыженные и оскорбленные, опустив низко плечи и головы, покинули кабинет. Подобного решения Императора никто из них не ожидал и даже не предполагал подобного исхода. Впервые Император, такой мягкий, терпеливый и справедливый, проявил именно ту сторону своего характера, которая способна наводить страх и праведный гнев на своих подчиненных. Он напомнил всем и каждому члену Совета, кто именно глава этого государства.
— Тайный Совет завершил свою работу! — объявил Император и больше не проронив ни слова покинул кабинет, а за ним молча, переваривая все произошедшее, потянулись на выход все присутствующие министры и сановники.
Произошедшее являлось ни чем иным, как политическое землетрясение, которое резко изменило баланс сил в системе управления Империей. Вся умело сформированная структура, которую выстраивала жена Императора, рухнула в одночасье. Император решительно смахнул все фигуры с шахматной доски, показав кто тут Император.
Бывший член Тайного Имперского Совета вернулся домой. Завидев поникшего главу семейства Северских, к нему навстречу, с расспросами и взволнованными речами, кинулись супруга и дочь. Перебивая одна другую, они поведали о визите Генерала и обыске в домашнем кабинете, на тот момент еще Тайного Советника Императора.