Выбрать главу

16

Группа Тулагина к назначенному часу у Махтолы не появилась.

После боя с семеновцами в березняке Ухватеев, выполняя приказ Тулагина, собрал партизан в сосновом колке, провел их окольными от бойких троп путями к зарубовской сторожке. Где верхом, где спешившись продирались конники сквозь густые таежные чащи, преодолевая целые участки сплошного лесовала. Продвижение затруднялось тем, что у каждого бойца помимо своей лошади в поводе было по две-три белогвардейских.

К сторожке приблизились к закату солнца. Всех морил голод.

— Кобылица тут оказалась подстреленной. Куда с ней, хромой?.. Забить бы ее, — предложил Катанаев Ухватееву.

— Правильно, забить, — поддержали бойцы. — Поедим вдоволь — сил прибавится.

Кобылу разделали быстро, мясо варилось недолго. Было оно жестковато, но люди ели с аппетитом.

Плотно подкрепившись, тулагинцы взбодрились. Но всех волновала судьба командира: где он, что с ним? Несколько бойцов попеременно выезжали на ургуйскую дорогу и возвращались ни с чем.

В последний раз на его поиски Ухватеев решил отправиться почти всей группой. Несмотря на сгустившуюся темноту, прочесали десятки верст в округе, не оставили без внимания ни одной стежки.

Тулагина нашли на одной из заснеженных просек: он еле передвигался.

— Товарищ командир!.. Тимофей Егорович!.. — не находил слов от радости Ухватеев. — Жив! Слава богу!

В сторожке прозябшего, изголодавшегося, смертельно усталого Тулагина накормили кониной, отпоили горячим чаем. Он рассказал о гибели Пляскина и Козлитина, о последнем поединке с Кормиловым. О том, как отвлекал на себя группу беляков, — всего несколько слов: покрутил, мол, немного лесом, чуть в Ургуй не заскочил… Потом пала лошадь — от бешеной скачки сгорела. Жалко, верным другом была она Тимофею. Пришлось пешком идти от самого Ургуя…

Обессиленный, Тулагин нуждался в отдыхе. Бойцы уложили его в мягкую постель: кто-то притащил ворох жухлой травы, кто-то расстелил на нем тулуп, а в качестве одеяла послужил полушубок Ухватеева.

Сон Тимофея был глубоким, но коротким. Спустя час он уже встал на ноги. И сразу людей торопить: в Махтоле ведь их ждут.

…К полуночи группа подошла к селу. У излучины Онона — никаких признаков партизанского лагеря. И Махтола спала. «Неужели не прошел Субботов? — резанула Тимофея беспокойная мысль. — Неужели напрасным был рейд?..»

Ухватеев с двумя бойцами отправился на разведку. Не успел выехать из леса, как впереди раздалось требовательно:

— Хто едет?

— Степанша!.. — вскричал Ухватеев, узнав голос Хмарина. — Это же я, Ухватеев. И Тимофей Егорыч тут…

Хмарин и с ним несколько партизан бежали от зарода навстречу тулагинской группе. Конники соскакивали с лошадей, здоровались с товарищами, забрасывали друг друга вопросами.

Степан Хмарин хотел было по всей форме доложить Тулагину, что отряд Субботова прибыл вовремя, но из этого ничего не получилось: Тимофей крепко стиснул бойца в объятиях. Степан сбивчиво, стараясь и то, и это не забыть, сообщал:

— Дошли все как есть… Субботов, значит, не дождавшись вас в уговоренный срок, занял село. Ну, конешно, была какая-никакая перестрелка… Да, мы с ребятами чуток пораньше тут объявились. Дозор держали… Опять же жену твою, командир, от бандитов вызволили…

— Любушка здесь?! И сын с ней?.. — дрогнул голос Тимофея.

— Тут они, в селе. Скоро, значит, увидишь их.

Тулагин снова стал тискать бойца в объятиях:

— Век, Степан, теперь я в долгу у тебя за спасение жены и сына.

— Да што там… Доведись до тебя, ты бы не спас разве?..

— А Настя-сестрица? Как она?

— Убили ее беляки.

Тимофей разволновался.

— Убили?! Не успели мы к тебе, Настюшка… — Душевное волнение сменилось негодованием: — Сволочи! Бандиты!.. За все им отплатим. Их кровью отплатим. — Постепенно он овладел собой. — Ты говори, говори, Степан. Наши как? Субботов?..

— Наши все невредимы. И Субботов ничего. Как в село вошли, он дал приказ: у тех, которы богаты да с Семеновым якшались, одежду теплую, всякую провизию для партизан, фураж для коней реквизировать. Ну и оружие, патроны, понятно, из запасов и остатков белогвардейского гарнизона. Потом все, как ты и плановал, через мост проследовали, в тайгу… Вы малость их не захватили. А мы, значит, вас дожидать тут осталися.

В Махтолу тулагинская группа въезжала шумно. У крайней избы Хмарин задержал Тимофея: