Кроме того, что на аргентинских военно-морских базах проходили ремонт корабли “антарктического военно-морского флота СССР”, Аргентина взяла на себя также политическое прикрытие некоторых операций этого самого флота в антарктических водах.
В 1947 году Президент США Гарри Трумэн (заступил на должность главы США после смерти Франклина Рузвельта 12 апреля 1945 года и пребывал на ней по 1952 год - Consp.), потерпев первое поражение в его борьбе с коммунистической угрозой, которую, по сути, он сам и выдумал, чтобы приструнить недовольных в собственной стране, понимал, что поднимать по этому поводу шум не стоило. Президент трезво поразмыслил и пришёл к выводу, что вездесущие русские так или иначе отыщут свои источники урана. В конце концов, потребности США в радиоактивных веществах могло с лихвой удовлетворить и Конго, откуда уже шли в Америку корабли, гружённые рудой, покупаемой за сущие центы, и куда русским был путь заказан на веки вечные.
В июне 1960 года под давлением прокоммунистических сил в виде партии Национального движения Конго, руководимой знаменитым Патрисом Лумумбой, бельгийские колониальные власти были вынуждены покинуть страну. 30 июня была провозглашена независимость Бельгийского Конго, которое сразу же после этого было переименовано в Республику Заир.
Первым премьер-министром Заира стал Лумумба, который с самого начала взял курс на сближение с СССР со всеми вытекающими из этого для американского “уранового источника” последствиями. США вскоре добились свержения правительства Заира, Лумумба был схвачен наёмниками. В том же 1961 году его в буквальном смысле ликвидировали бельгийцы: тело расстрелянного под руководством капитана бельгийской армии премьер-министра лично растворил в серной кислоте комиссар бельгийской полиции. Контроль над урановыми рудниками остался в руках США.
К тому же на свой кусок Антарктиды стали претендовать и французы, у которых с русскими существовали свои отношения ещё с донаполеоновских времён. Баланс сил на Южном полюсе складывался явно не в пользу США, но афишировать этого не полагалось. Трумэну ничего не оставалось делать, как усмирить свои амбиции до поры до времени и отозвать антарктическую эскадру адмирала Ричарда Бёрда домой.
Гарри Трумэн прекрасно понимал, что является человеком, от которого, без преувеличения, зависит если не всё в мире, то многое. Но размахивать “атомной дубиной” время ещё не подоспело - Иосиф Сталин был явно не из пугливых, а в случае угрозы гипотетической “атомной атаки” на его сторону встанут не только Франция и Аргентина.
Далее события развивались следующим образом. Трумэн немедленно выступил с “мирными инициативами” в антарктическом вопросе и, чтобы склонить на свою сторону хотя бы французов, отвалил им изрядный кусок этой самой Антарктиды в районе Земли Уилкса.
Речь идёт о Земле Адели - французской части Земли Уилкса: часть территории Восточной Антарктиды между 136 и 142° восточной долготы к югу от 60-й параллели. Территория была открыта в 1840 году французской экспедицией Ж. Дюмон-д`Юрвиля, и названа в честь его жены.
27 марта 1924 года правительство Франции специальным декретом объявило о своих исключительных правах на разработку недр, охоту и рыболовство на Земле Адели. Однако правительство США посчитало этот акт незаконным, мотивируя тем, что этот берег Антарктиды был открыт экспедицией Уилкса на целый год ранее французов. Французы стали яростно защищаться, не делая, однако, попыток фактически завладеть «присоединёнными» территориями. И тогда правительство Президента Кельвина Кулиджа (1872-1973; возглавлял США в 1923-1929 г.г.) распространило заявление, в котором было сказано: «…открытие неизвестных человечеству земель и формальное объявление о владении ими не даёт права на суверенитет, если за открытием не последовало их фактического заселения».
Политика США дала свои плоды: в 1956 году на острове Петрель у берега Земли Адели была открыта постоянно действующая научная станция Франции «Дюмон-д`Юрвиль».
Попутно кабинет Трумэна сделал ещё один ловкий ход: позвал на “раздел пирога” и всех остальных желающих. Желающих набралось много. Сразу же после “приглашения” к Антарктиде потянулись караваны кораблей чуть ли не со всех концов света: каждая более-менее развитая страна, и не мечтавшая до того о подобных щедротах со стороны сильных мира сего, сочла за честь начать свою собственную “антарктическую программу”. За десять лет в Антарктиду набилось “исследователей” как сельдей в бочку. Досталась своя доля и западным немцам, причём, Трумэн требовал от Сталина вернуть им их “Новый Берлин”.
Сначала русские довольно успешно отбивались от этих претензий, однако со смертью Сталина, с одной стороны, и “воцарением на престоле” Дуайта Эйзенхауэра в начале 1953 года, с другой, баланс сил существенно сместился в сторону США. Аргентинский президент Перон, внезапно почувствовав в новом советском лидере Хрущёве опасного, в отличие от вполне благоразумного, хоть и чересчур амбициозного Сталина, врага всей человеческой цивилизации, немедленно расторгнул все контракты с СССР и очень быстро рассовал всех своих коммунистов по кутузкам.
Французы тоже поспешили откреститься от своих недавних друзей, вышвырнув коммунистов из правительства. Советское руководство ощутило себя в такой ужасающей изоляции, что ему не оставалось ничего иного, как начать соглашаться, практически, на все условия, выдвигаемые “мировым сообществом”, которым руководили США.
Не обладая способностями к пониманию реальной политической обстановки и уверенностью в завтрашнем дне своего предшественника, Хрущёв, чтобы спасти хоть что-то, пошёл на подписание заведомо невыгодного для него соглашения о проведении в 1957 году так называемого Международного геофизического года, завершившегося два года спустя полным крахом его “антарктической программы”».
Официальная версия этих событий выглядела следующим образом.
Международный геофизический год (МГГ) было решено проводить в течение 18 месяцев: с 1 июля 1957 года по 31 декабря 1958 года. При подготовке МГГ на заседании Специального комитета МГГ весной 1954 года было отмечено, что Антарктика является наиболее важной частью земного шара для проведения интенсивных исследовательских работ.
В сентябре 1955 года на 3-й ассамблее Специального комитета МГГ была принята единая программа антарктических исследований, включающая работы по метеорологии, геомагнетизму, геологии, гравиметрии, сейсмологии, ракетным исследованиях верхних слоев атмосферы, океанологии, изучению космических лучей и полярных сияний.
Для координации исследований Специальный комитет МГГ стал собирать антарктические конференции из представителей национальных комитетов государств, участвующих в изучении Антарктики (первая такая конференция состоялась в июле 1955 года в Париже). Третья (Парижская) конференция в 1956 году приняла решение о включении в план МГГ 57 антарктических станций, которые должны были организовать различные государства.
Грандиозное наступление на Антарктику по программе МГГ началось в летний сезон 1955-1956 года, когда 13 судов, на борту которых находилось 7 экспедиций, двинулось к берегам ледяного континента. В период МГГ научные исследования в Антарктике велись на 51 станциях, принадлежащих 12 государствам.