Игорь Дмитриевич повёл меня вниз по лестнице, не оглядываясь. Ничего не говоря. И к слова так он делает первый раз.
Мы миновали второй, первый этаж. И прошли в какую-то дверь недалеко от лестницы. Точнее под ней. Я нахмурилась, немного помедлив, когда Игорь Дмитриевич спустился в темноту и открыл ещё одну дверь, за которой уже горел свет. Он оглянулся и окинул меня хмурым взглядом, будто я его заставила сделать это. Снизу немного веяло холодом, и я пожалела, что не надела тапочек. Но тем не менее продолжила свой путь, стараясь не рухнуть вниз в этой темноте.
Когда я оказалась за дверью, Игорь закрыл дверь за мной и пошёл по ярко освещённому коридору с холодной белой плиткой на полу. Ноги обжигало от этого холода. Хотелось после такой прогулки завернуть ноги в шерстяной плед и сесть ногами ближе к батарее.
Мы шли минут пять он поворачивал куда-то, открывал ещё двери, что я поняла, что самостоятельно дорогу назад не найду. Наконец-то, когда я перестала чувствовать свои пятки, мы вошли в последнюю дверь, и оказались в небольшой комнате с очень подозрительной мебелью.
Во-первых, мне было интересно, на сколько же километров под домом уходят эти коридоры. Во-вторых... откуда здесь и зачем больничная мебель. У двух стен стояли металлические стеллажи с какими-то склянками, коробками. В углу стояло мусорное ведро с лапкой и синим мусорным мешком в нём. Столы стояли у других двух стен, а на них лежали медицинские инструменты. В одном месте, где напротив стола стояло офисное кресло, лежала тетрадь, какие-то папки, канцелярия. Меня начало мутить, когда я заметила кушетку-кровать и стоматологическое кресло.
Наше появление заметил какой-то человек, который вышел из какой-то каморки, которую я не заметила, а Игорь Дмитриевич встал за моей спиной, отрезая мне выход из этой странной ситуации.
- Игорь, ну что ты, бедную девочку заморозил, тапки бы выделил, заболеет же, - сказал человека, в белом халате, в таком же белом колпаке, и в медицинской маске. Кроссовки и джинсы не внушали никакого доверия. Он взял из под стола, рядом с которым стояло кресло, какие-то старые тапочки, которые тоже особого доверия не внушали, и поднёс их мне. - Надевай, пол очень холодный.
Я не видела полностью его лица, и не решалась смотреть прямо в глаза, но мне показалось, что он улыбнулся под маской. Я не стала надевать тапочки из-за принципа. Не скажу, что была брезгливой, но вы просто не видели эти тапочки. Казалось бы в таком доме такого... быть не должно. Поэтому я качнула головой.
- Нет, спасибо за беспокойство.
- Ну как знаешь, - усмехнулся человек-врач, и кивнул на стоматологическое кресло, уходя обратно в дверь в стене. - Располагайтесь пока.
Я нервно сглотнула, и Игорь Дмитриевич подтолкнул меня в спину.
- Давай, проходи, присаживайся, - спокойно сказал он, и я медленно заняла своё, не скажу, что законное, но место.
Из каморки снова вышел этот человек, неся в руках металлический поднос с хирургическими инструментами. Моё сердце забилось чаще, и я занервничала окончательно. Он решил убить меня? Просто за то, что я захотела пару месяцев посидеть в классе со своими сверстниками? Да ладно?!
- Что происходит?
- Ты не проинформировал её? - спросил Игоря Дмитриевича кто-то отдаленно похожий на врача, вероятно, читая мои мысли. Ну или эмоции на лице.
- Как раз собирался, - кивнул Игорь Дмитриевич, опираясь спиной на стену, он смерил меня долгим пристальным взглядом. Будто с вызовом. - Ну что, Ангелина. Я всё думал над твоей просьбой. Про школу. И подумал, почему бы и нет? Но с одним условием.
- К-каким? - спросила я дрогнувшим голосом, не сводя глаз с псевдо доктора.
- Ну, начнём с того, что ты, как знаешь, должна молчать, - сказал Игорь Дмитриевич. Меня будто водой окатили. Ледяной. Но... как же? Общаться с ними, но молчать? - Для всех ты будешь немой. Далее, так как мы находимся от города на приличном расстоянии, ездить за тобой и отвозить тебя каждое утро никто не будет, поэтому я снял для тебя квартиру. Эти несколько месяцев ты будешь жить там одна.
Моё сердце пропустило удар. Он отпустит? Просто так что ли? Без охраны и надзора?
- Но... - ну конечно, сейчас он скажет, что пошутил и приставит ко мне какого-нибудь своего человека. Или в школе кто-то будет под ролью преподавателя следить за мной. Иначе, как он сможет узнать, если я с кем-то поговорю? - В этой квартире будут камеры. Чтобы я не волновался о том, что с тобой может быть что-то не так. Ну и дабы избежать твоих возможных глупых идей о побеге... прямо сейчас мы проделаем одну процедуру. Коля, покажи ей.