Шепот Главорлица
«Мне жаль, что я их убил.
Господа, я искренне сожалею»
«Decipi quam fallere est tutius»
« Accidentia non per accidens»
В этом году ноябрь выдался очень холодным и ветреным. Край черного плаща развевался и постоянно открывал мои колени для нового шлепка колючей ладони промозглого сквозняка. Полосатый шарф, обвившийся как змея вокруг моей шеи, снова и снова давал мне пощёчины, пока я, наконец, не засунул его кончик в карман.
Я шел по аллее, стряхивая с волос настойчивый снег. Вдруг мое внимание привлек странный шепот. Он доносился из тоннеля между многоэтажными домами, через который можно перейти на соседнюю улицу. Так как сегодня был полностью свободный день, не обременённый планами и делами, я заинтересовано последовал к тоннелю, который украшала кирпичная арка. Наверняка, услышав мои шаги, не́кто замолчал. Я кликнул "кто здесь?" Но ответа, как и ожидалось, не последовало. Постояв ещё немного, я решил вернуться на аллею.
Темнота наступала, будто крадущийся преступник позади спины. В глазах дневная палитра превращается в вечернюю, разбавляя свой угрюмый черный цвет скромными огоньками, колыхающимися в головках фонарей, сопровождающих улицу. До дома оставалось пара кварталов. Я уже постепенно уставал бродить по холоду и начал часто зевать. Проходя мимо старого фонтана, в котором ютилась нагая статуя, с пожеванной временем кожей, я вновь услышал тот самый шепот и оглянулся. Вокруг ни души, только ветер шумно бродит по дворам.
Я не любитель ночных прогулок, но в этот вечер я решил насладиться одиночеством улиц, вызванное предзимним холодом. Этот шепот, я посчитал признаком простуженного уха, которое много раз сегодня подверглось избиению колючим шарфом. Я поспешил домой.
Подойдя к подъезду, я обнаружил, что у меня абсолютно голая шея. Видимо мой скверный шарф сполз с меня по пути. Мне ничуть не было его жаль, этот облезлый крысиный хвост мне порядком надоел. Возвращаться за ним я не думал.
Поднимаясь по лестнице, освещенной тусклым зеленоватым светом, я искал по всем карманам свои ключи. Они все время где-то позвякивали, но пальцы рук никак ощупать их не могли. Вдруг снова этот шепот. Он раздался где-то внизу, этажа три подо мною. Оперевшись на изогнутые перила, я быстро оглядел холл, он был пуст, только свет мигал, вызывая тошноту. Я прибавил шагу, наконец, нашел ключи и закрыл за собой дверь, войдя в свою квартиру.
Не снимая плаща и ботинок, я поплелся в свой кабинет и рухнул на кресло. Надо признаться, прогулка меня измотала, хоть и прошел не более десяти километров. Я немного посидел, поразмышлял о странном шепоте и зажёг лампу. Когда я услышал его впервые, то подумал, что это какая-то нищенка, продрогшая от холода, пытается просить милостыню. Во второй раз, я сделал виновником свое ухо, но сейчас, в подъезде, шепот заставил мое сердце биться сильнее. Должен ли я признаться, что мне страшно? Повременю с этими выводами и попытаюсь либо разобраться с этой странностью, либо попросту забыться и уснуть.
Серые лучи осеннего солнца не могут разбудить спящего человека. Они не такие яркие, как летние. Этим утром меня разбудил раздражающий телефонный звонок. На конце провода говорил какой-то грубый мужчина, он представился офицером полиции и извещал меня о скорых нежданных гостях в форме.
До чего скверное и непонятное утро. Надев халат и тапочки, я подошёл к окну. Пытаясь осмыслить ситуацию, я устроил маленький пожар на конце сигаретки и затянулся. На улице рассеянный туман. Я наблюдал как в него дерзко врывались маленькие белые крошки, прорывая его сонное тело, как копья. Вскоре, дверь открылась, и в коридоре стояло несколько мужчин в одинаковой форме. Один из них, усатый, подошёл ко мне немного ближе и быстро проговорил:
- Утро доброе, (хриплый кашль) но, увы, это вас не касается. Я офицер Люк Колоннан. Итак, Итон Джо Главорлиц, вы обвиняетесь в жестоком убийстве, которое произошло вчера в восемнадцать тридцать! Пройдёмте с нами. Роберт, наденьте на него наручники.
- Но постойте же, я никого не убивал. Это какая-то ошибка. Господа, я, право, не понимаю. Я ничего не совершал. Вчера я только и делал, что слонялся по городу.
- Слонялись по городу, (смешок), значит, вам нечем было заняться и от скуки вы решили убить человека. Знаем мы вас таких, чудаков бродячих.
- Господин офицер, я надеюсь, вы разберётесь и отпустите меня. Признаете меня невиновным, попросите прощения за грубость и мы все вместе посмеемся над этой сложившейся ситуацией. Вот увидите!
- Увидим, Главорлиц, увидим. Только кто смеяться то будет последним?
Я перестал сопротивляться. Ведь я ни в чем не виновен. Это ошибка и только.
Оказавшись в кабинете с решетчатыми окнами, меня грубо подтолкнули к стулу, и вышли за дверь. Передо мной стоял высокий человек, в черном длинном пиджаке и трубкой между пухлых губ. Он объяснил мне, почему я здесь и в чём меня обвиняют. Оказывается вчера, в водосточном канале, который находился неподалеку от аллеи, где я вчера проходил, обнаружили тело какой-то задушенной нищенки.