Глава 10
Никита лежал в реанимации без сознания. Рядом с его отделением дежурил полицейский, так как содержимое смартфонов его и его товарища очень заинтересовали правоохранительные органы. Молодые люди действовали неосмотрительно, записывали на видео многие вещи, в том числе и то, как они убивали. Медики сказали, что молодой человек должен прийти в себя, просто помимо травмы, скорее всего им был пережит сильный шок.
Медицинский персонал и служба спасения помогут спасти человека даже совсем безнадёжного. Профессионализм этих людей спас миллионы жизней по всему земному шару. Правоохранительные органы защитят нас от зла, которое творят другие люди по тем или иным причинам. Но закрома сознания пока не подвластны никому. Если в них проникнет зло, от него уже не спасёшься.
Никита очнулся в комнате для допроса. Он сидел, прикованный к стулу наручниками спиной к входной двери. Дверь за его спиной открылась с характерным звуком движения тяжелого засова. Чьи-то шаги приближались к нему. Некто остановился прямо за ним, немного постоял, затем пошёл дальше. Высокий мужчина в белой рубашке и серых брюках обошёл его и сел на стуле напротив. У него были волосы средней длины, очки и тёмные глаза, в которых блестел огонёк подобный тем, что был у хищных зверей.
— Так, так, так… Кто же это к нам пожаловал? — в его голосе, бархатном баритоне, слышался плохо прикрытый сарказм, — неужели сам грозный маньяк из Новозападного леса?
Никита оценил его взглядом. Его было страшновато, но пока он мог держать себя в руках.
— Кто Вы такой? — спросил он.
Мужчина кивнул и скривил губы.
— Всему своё время, молодой человек. Знаешь, почему ты здесь, а не со своим другом?
— Что Вы сделали с Гошаном?
— Я считаю, что каждое живое существо должно получать то, что оно заслуживает, в том числе и право на жизнь.
— Где Гошан?! — страх тонкой иглой проникал в сознание Никиты.
— В аду.
— ГДЕ?.. — Никита отрицал вероятность гибели своего единственного друга, для него просто не существовало такого исхода.
— Он в аду, Никита. И сатана сейчас терзает его душу вместе с миллиардами грешников, — мужчина пожал плечами, а потом посмотрел в глаза малолетнему убийце, — ты и сам близок к этому.
— Так ты ангел-хранитель? Хочешь наставить меня на путь истинный?
Высокий рассмеялся.
— Ангел-хранитель! Вы послушайте его! Ха-ха-ха! — он перестал смеяться также резко, как и начал, — это от тебя зависит, кто я: твой ангел или твой палач. Не находишь связь? Ты и твой друг мнили себя крутыми палачами, а сейчас он в вечных муках, а ты вот-вот издохнешь. Тебе семнадцать лет, а ты уже перечеркнул свою жизнь.
— Давайте без нотаций!
— Хорошо, как скажешь. Твой друг горит в аду, я там тоже был. Но я оставил ниточку, ведущую обратно в мир, где я родился. И я потратил дни, месяцы, годы, десятилетия, чтобы выбраться. У твоего друга нет такой возможности, да и у тебя тоже не будет. Ты уже обеспечил себе ад на земле.
— Кто Вы такой, и что Вы хотите от меня?
— Сейчас у тебя из этой комнаты есть два пути: первый — ты оправляешься через эту дверь к своему приятелю, — мужчина вынул из-под стола молоток, — второй — я кое-что шепну тебе на ушко, и ты должен будешь это передать одному человеку, когда проснёшься.
— А если я не передам?
— Тогда советую насладиться тем днём. Потому что, когда ты снова уснёшь, ты уже не проснёшься. И попадёшь ты не в ад, а сюда, ко мне! Будешь моей игрушкой, о которой я мечтал последние сорок лет! Ты будешь умолять меня отправить тебя в ад к твоему приятелю, только я уже буду глух к твоим мольбам.
— Говорите, что нужно передать.
Высокий улыбнулся, в очередной раз сверкнув глазами.
Никита открыл глаза в реанимации. Медсестра сразу подошла к нему.
— Как Вы себя чувствуете.
— Позовите полицейского, я знаю, он сидит где-то недалеко. Мне есть, что сказать, пока не поздно. Хотя бы на две минуты.
Медсестра позвала врача и полицейского. Когда последний зашёл к Никите, тот сразу сказал ему:
— Выньте телефон и включите камеру на запись видео.
Полицейский был удивлён, но сделал, то, что Никита у него попросил. Когда началась запись видео, он снова заговорил.
— Передайте Арефьеву Владимиру Геннадиевичу, — Никита смотрел глазами прямо в объектив, — Василий Тишман вернулся. Он уже идёт к нему, и скоро они встретятся. Круг сомкнётся, и кровь смоет кровь.