В Тархане она никогда не была, но мечтала отправиться в путешествие, в которое её никто не звал. Или звал, но не отвёз. Да, так вернее. Почему? Тут же всплыла картинка огромного лайнера, полного счастливых лиц. Виклина бродила среди них бледной тенью, и ей передавалась всеобщая лёгкость бытия. Люди танцевали и пили шампанское, хрустальный звон отдавался ликованием в душе. Чему они радуются? Всего достигли, они молоды и не очень, но им подвластна эта громадина, плывущая по синему морю. Так Виклина приняла первую истину - она мечтала о богатстве.
Звонок остался тайной, она не могла быть готова, не разгадав её. Девушка жаждала работы в Тархане? Картинка разбилась, как хрустальное блюдо. Следующий фантом закружил её среди высоченных деревьев древнего леса, в дуплах которого жили люди. Они боялись всего на свете, но отчаянно желали постичь правила жестокого мира. И поэтому сами были жестокими, и Боги их жаждали крови. Земля вокруг ссохшихся на солнце столбов приняла новую порцию красной энергии, и народ возликовал, кроме женщины, плакавшей украдкой над ещё тёплым трупиком младенца. Виклина чувствовала исходившую от неё светлую грусть: женщина радовалась, что её дочь минула участь каждодневной борьбы с несправедливостью жизни. Тот мир был красив в своей первозданности, но беспощаден к слабым. Столбы падали и ставились вновь, пока лес не обезлюдел. Свирепая истина спряталась за красивой и поэтичной обёрткой. Виклине открылась вторая правда - она воспевала красивые сказки, за которыми скрывались потрескавшиеся столбы и наивные суждения.
Звонок рождал в душе надежду на счастье. Что для женщины счастье? Дети, любовь, страсть, жертва? Видение перенесло её в гостиницу. Ноги утопали в мягких коврах, с потолка светили люстры, соперничающие одновременно с солнцем и радугой. Она не могла войти в номера, какая-то сила мешала. Она не была здесь нужна, её не позвали. Портье время от времени копался в бумагах, отложив мятый листок в сторону. Окружали незнакомцы. Одни вселялись, другие шли с чемоданами вон. Стемнело, а они с портье всё ждали. Виклина силилась заглянуть в листок, но единственная строчка расплывалась. Она должна была её прочесть!
Вику выбросило в иную проекцию. Девушка превратилась в Чёрного Лебедя, птицу-Обиду и парила высоко над землёй, полная горечи и тоски. Рядом летели другие, важные и деловые. Из всего косяка только двое рядом неравнодушны к ней: Сирин и Рарог, огненный сокол. Оба присматриваются, боясь ошибиться. Она старалась показать им размах своих крыльев и красоту полёта. Но видела только спины: суждения вынесены. Ей предпочли другую? Вроде да, а как бы и нет.
Сокол парил рядом, уча зрить в боли радость, а в надежде - яд. Он вырвался вперёд, превратившись в человека. Тот скрылся за стеклянными дверьми гостиницы. Портье придвинул бумажку, зрение вернулось: Вика узнала свой почерк и номер телефона. Так она поняла третью суть - жизнь есть Любовь.
Виклина ответила, да. Она была готова.
***
Слежка не дала ощутимых результатов. Вадим читал наискучнейшие отчёты, в которых Малуша представала примерной невестой и покорной рабой. Дом - работа-оранжерея-дом. Безупречная исполнительница. Через пять дней её маршрут сократится.
Девушка была вправе возмутиться, и Вадим этого ждал. Но она, казалось, приняла судьбу. И это бесило ещё больше. Слежку он затеял с одной целью – обличить её перед Существами, вынудить Их на замену. И первый же отчёт дал ему надежду. Встреча с посторонним мужчиной, страстные объятия и её жаркие взгляды на фото предрекали скорое разрешение ситуации.
Малуша не была ему противна. Отнюдь, временами с ней было приятно и просто иметь дело. Но он так и не смог прогнать из памяти образ Виклины. Дело не в сексе, не в её пошлой раскованности. Их роднила верность цели: если они видели объект желания, то готовы были на какие угодно жертвы, но достигали Телоса. Вадим хотел видеть её рядом.
Сама Виклина на его неоднократные попытки возобновить связь отвечала горделивым отказом, сдобренным порцией презрения. А потом льнула и заглядывала в глаза, готовая бежать за ним, только бы позвал.
Последний раз он преподнёс ей княжеский дар: фаленопсис Дикий Кот, с четырьмя ветвистыми цветоносами, на которых было не меньше двух дюжин крупных цветов в сиреневую крапинку.
После её восторгов и законных излияний счастья, он будет милостив и предложит совместно поехать в Тархан. Он знал: Виклина давно мечтала о воссоединении, о новой порции удовольствия и счастья просто быть рядом. Но ожидания не оправдались. Вика фыркнула и с такой силой оттолкнула горшок, что тот чуть не перевернулся, кусочки коры и мха разлетелись по столу.