… В полседьмого, положив голову ко мне на колени, Громов уснул повторно. Его температура постоянно поднималась, и он из мужчины превращался с ноющего ребенка. Его щеки горели, и дыхание было сиплым, но спал Женя крепким сном, иногда что-то бормотал невнятное. Я лишь ласково водила пальцами по его голове. Дионис задерживался уже на полчаса, и я начинала волноваться. Я совершенно не желала объяснять родителям, что в моей жизни появился еще один молодой мужчина. Прослыть среди строгих родителей девочкой легкого поведения тоже не хотела. А папа как раз так и скажет. До этого он гордился, что я ни с кем не встречаюсь и не хожу гулять. А тут на тебе: и Артем, и взрослый Женя.
Щелкнул замок, и послышался негромкий скрип двери. Я внимательно прислушивалась к шороху: скорее всего, это вернулся Дионис. Моя догадка оказалась верной – спустя полминуты в комнату вошел грек. Он опустился на колени возле дивана и с улыбкой посмотрел на меня.
– У него снова температура… – едва слышно прошептала я.
– Высокая? – взволновано прошептал Дионис.
– Тридцать восемь и пять… Он уснул буквально час назад.
– Давай мы ему вместо твоих ног подложим подушку и пойдем чая выпьем. Я хочу с тобой поговорить.
Он аккуратно приподнял голову Жени, пытаясь сделать так, чтоб он не проснулся, а я встала и положила на то место, где сидела, небольшую подушку. Дионис положил голову Дикого на подушку, и тот лишь пробормотал что-то, продолжив спать. Приобняв меня за плечи, молодой человек повел меня на кухню. Он чувствовал себя тут, как дома, и, зайдя на кухню, сразу же налил в чайник воды и включил его.
Дионис усадил меня, а сам взялся за приготовление чая. Я незаметно для него поставила на стол блюдо с блинами и баночку варенья, которую открыл Женя. Обернувшись ко мне, грек улыбнулся. Мне было приятно смотреть на него, одетого в реглан и джинсы. По всей видимости, он уже побывал дома, потому что в обед был еще в костюме.
– О чем ты хотел поговорить? – поинтересовалась я. – Спасибо большое, – добавила, когда он поставил передо мной чашку с ароматным напитком.
– Ты не заметила в Жене странности?
– Какие именно? – поинтересовалась я, глядя, как Дионис намазывает вареньем блинчик.
– Немного не свойственные мужчине в его возрасте.
– Я даже не знаю… За две недели я обратила внимание, что ему сложно деньги из кошелька вытаскивать, да и ложки он как-то странно держит…
– А еще со шнурками проблема, писать у него не получается и так далее.
– А почему?
– После комы у него нарушение мелкой моторики. Но он постеснялся тебе об этом сказать, посчитав, что ты перестанешь с ним таким общаться. Хотя я всячески и пытаюсь объяснять ему, что ничего страшного и серьезного в этом нет и всё у него наладится… Он и сидит дома потому, что печатает медленно, писать не может. Толку от него, как с козла молока.
– Это ведь временно?
– Конечно, к тому же сейчас у него уже намного лучше получается все делать. Первые дни он вообще был, как овощ. Я просто хочу тебя попросить… Вы ведь часто вместе бываете… Я думаю, немного позже вы и встречаться начнете. Это лишь вопрос времени…
– Встречаться? – резко перебила Диониса я.
– Ты еще скажи, что он тебе не нравится! Мне со стороны видно всё. Вы не видите друг в друге только приятелей, понимаешь это? Ваше общение - это отношения на ранней стадии. Странно лишь то, что вы до сих пор просто друзья.
Слова Диониса лишили меня дара речи. Я не думала, что наша с Женей тяга к другу настолько заметна. Но Ди лишь подтвердил то, что творилось в глубине моей души.