Я вытащила из кармана телефон и снова набрала его номер. Я набирала его уже, наверное, сотый раз, но в трубке все тот же женский голос произносил: «абонент недоступен». Психанув, я набрала Диониса, но тот нахальным образом сбросил вызов. У меня было невыносимое желание бросить телефон, чтоб он разбился, но тут в дверях появилась мама.
– Рит, не звони ему, – ласково произнесла она, обняв меня. – Он ведь просто занят. Ты сама говорила, что он сегодня работает.
– Он обещал отпроситься пораньше…
– Рита, девочка моя, не волнуйся.
– А если с ним что-то случилось? – на моих глазах заблестели слезы.
– Доченька, я уверенная, что с ним все хорошо. Пойдемте садиться за стол, гости ждут, всё стынет.
– А Женя? – чуть не расплакавшись, спросила я.
– А ты для Жени оставь возле себя место. Когда он придет, посадим его за стол и разогреем еду. Ты главное не плачь.
Я ничего не ответила и отпустила маму. На себя продолжала чувствовать взгляды друзей и ехидную улыбку подруги. Как же это было неприятно, и хотелось провалиться сквозь землю. У меня было такое ощущение, будто я проиграла очень важное сражение. Без боя. Просто пала, пораженная силовым преимуществом противницы.
За столом я невнимательно слушала тосты и пыталась улыбаться. Моя улыбка была натянутой и наигранной, ведь в ней не было ни капли искренности. Большинство слов, сказанных в мою сторону, просто прошли мимо моих ушей. Мама только взволновано посматривала на меня, то и дело отвечая на вопросы моих теток.
Звонок в дверь вынудил меня подскочить на месте. Мой взгляд упал на папу, а тот лишь улыбнулся, кивнув на двери. Неужели он все-таки пришел? Извинившись, я встала из-за стола и просто окрыленная побежала к двери. Взглянув в глазок, поняла, что я не ошиблась.
Я открыла дверь, и передо мной предстал Громов. В белой рубашке, тёмных зауженных брюках и с черным галстуком он как будто излучал свет. В его руках был огромный букет гладиолусов и довольно-таки большой бежевый медвежонок.
– Где ты ходишь? – пытаясь не расплакаться, спросила я.
– Малышка, я на работе был, прости, – он вошел в дом и закрыл за собой дверь. – С Днем Рождения, красавица моя!
Он дал мне букет, а потом наклонился и поцеловал. Поцелуй был на удивление коротким и неэмоциональным. Мне не хотелось целоваться совершенно.
– Ты ведь обещал…
– Прости меня, – Женя виновато опустил голову. – Правда, так вышло. Я не хотел опоздать. Вот держи мишку. Ты ведь их любишь.
Я взяла из его рук медвежонка и прижала к себе. Мне почему-то было больно от каждого его слова. Будто он говорил неправду. Внезапно он вырвал из моих рук и букет, и медвежонка. Они мигом оказались на диване, а я уже была в его объятиях.
– Малышка, если хочешь, я могу уйти.
Я не знала, что ему вообще говорить. Но вот его ухода я точно не хотела. Не дожидаясь моего ответа, Громов притянул меня к себе и начал целовать несмотря на то, что я всячески от него отбивалась. Спустя некоторое время я поддалась ему и начала отвечать на поцелуи со всей лаской, на которую только была способна.
– Малышка, а у меня для тебя еще один подарок, – оторвавшись от моих губ, прошептал Громов.
– Еще один? Жень, зачем?
– Затем, что я тебя люблю, и мишка это не подарок.
Он выпустил меня из объятий и запустил руку в карман. Оттуда он вытащил небольшую коробочку. Когда же он открыл ее, то я увидела там очень красивый золотой браслет с интересным плетением. Такого я еще не видела.
– Это ручная работа. Подставляй ручку.
– Он ведь, наверное, жутко дорогой.
Я подставила Жене руку, а он надел на меня браслет. На моей загорелой коже он выглядел просто великолепно. Я обняла парня и нежно поцеловала.
– Спасибо, родной. Нужно цветы в вазу поставить…
Внезапно из комнаты вышла мама. На ее лице появилась улыбка, когда она взглянула на Женю. Наверное, она представляла его немного иначе. Она медленно подошла к нам.
– Здравствуйте! – с улыбкой поздоровался Громов. – Извините, что опоздал. Был вынужден на работе задержаться.
– Ничего страшного, – улыбка мамы стала шире. – Это ты у Риты извинения проси, она себе тут места не находила.
– Мам, познакомься, это – Женя. Женя, это моя мама – Екатерина Павловна.
– Очень приятно познакомиться, – с улыбкой произнес Громов.
– Взаимно, – ответила мама. – Ритусь, давай мне букет, а ты иди Женю за стол посади. Я уверенная, что он после работы голодный.
– Хорошо, мам.
Я взяла его за руку и почувствовала, как он крепче сжал мою ладонь. Он волновался не меньше, чем я. Скорее даже больше. Из соседней комнаты слышался гул голосов и веселый смех дяди Васи. Сейчас придется знакомить его со всеми, а Женя и не подозревает, что вот тут рядом сейчас десятка два моих родственников. Я пыталась представить себя на его месте, попытаться почувствовать то, что ощутит он, но не могла.