– Карин, ты можешь вывести эту возбуждающую дрянь из организмов пленников? – отвлеклась на более насущные вопросы.
Можно было не сомневаться, что постоянное возбуждение уж точно не удовольствие приносит.
– Конечно, моя леди! На это не требуется много сил! – тут же отозвался целитель и, не откладывая, занялся бывшими пленниками.
– Леди, это ваша дочь? – внимательно разглядывая Миру, спросила Риа, не обращая внимания на манипуляции белоснежки – Вы не похожи совсем.
– Мы нашли её в соседней от вас камере. Но теперь она действительно моя дочь!
– Сели-и-и… Как же она похожа на Селину!
– Кто это?
– Моя младшая сестра… Наша мать совершила практически чудо, когда с разницей в два года родила двух дочерей. Правда после рождения младшей она быстро угасла, и отцы за ней. Нас взяла на воспитание соседка из Танкота. Мы с сестрой не особо похожи, но некоторые нас путали. Суока Бешерра говорила, что Селина полностью приняла предложенных ей мужчин, и сейчас живет в достатке… Но глядя на малышку, которую держали рядом с нами, я понимаю, что все это время мне врали, желая добиться своего! Кесс, она убила мою сестру! – заломила руки Риа.
– Успокойся, моя леди! – прижал к себе жену Кессар – Суока не могла убить Селину, потому что очень дорожит собственной жизнью. И дьяр ее жив. Возможно, со временем выясним цепочку событий, а пока ясно только одно – Селина родила дочь.
– Может здесь есть еще камеры? – приподнял бровь Ри – Хотя по дороге ничего подобного мы не встретили.
– Все интереснее и интереснее… – пробормотала я – Кажется, у меня есть серьезная тема разговора с Юмиланом…
Когда закончится этот кошмар, я собиралась устроить хорошую взбучку Хранителю, который так гордился своими возможностями. Как он там говорил? Ему все подвластно на Сольвере? Сейчас у меня был наглядный пример к тому, чтобы усомниться в его словах.
За время, пока мы отсутствовали, ни один из пленников не очнулся. К нашему великому сожалению! Это означало, что состояние их действительно критическое. Риа и Кессар с ужасом рассматривали истерзанных мужчин.
– А мой мальчик? – побледнев, стараясь сдержать рыдания, спросила Риа – Я не вижу его среди них.
– Его мы пока опасаемся с места сдвигать. Нужно позвать на помощь, чтобы аккуратно вынести из этого подземелья – постаралась мягко объяснить женщине плачевное состояние ее сына, но сделала только хуже.
Риа судорожно вздохнула, всхлипнула и, если бы не надежные руки ее дьяра, предотвратившие падение, хлопнулась в обморок. Этого еще не хватало!
– Всё так плохо? – хмуро поинтересовался Кессар.
– Его сильно избили и… и изнасиловали… – тихим шепотом выдал Карин – Я остановил кровотечение, срастил самые опасные разрывы, но на большее пока не способен… Простите…
Кессар натурально зарычал, как раненный зверь, готовый броситься в последний бой со своими обидчиками. Движения мужчины были резкими, рваными, словно он был не в силах определиться с дальнейшими действиями. То ли спешить в закуток к сыну, то ли свою бессознательную дьяру в чувства приводить и защищать.
– Позвольте, я окажу помощь вашей дьяре? – поспешил к Кессару Карин.
На бледном лице мага с тонкой полоской плотно сжатых губ, отразилась благодарность.
– Только моей леди не говорите… – сдавленно попросил Кессар, и мы все, без исключений, поняли, о чем он говорит.
– Думаете, она не поймет?
– Вы же сказали, что он избит сильно… Вот и будем упирать на это, а про… Боги! За что вы нас прокляли?!
Я полностью разделяла его чувства, но так как Риа начала приходить в себя, то свое фонтанирующее возмущение отложила на будущее. Мужчины вообще не пустили женщину к сыну, пока частично не укрыли его тело одеждой. Теперь с рубашкой расстался Карин, и молодые целители поделились ветхими простынями. Риа, упав на колени возле Эльмина, долго не могла нормально вдохнуть. Сиорка с силой прикусила костяшку сжатого кулака и изо всех сил боролась с рыданиями. Вот теперь я согласна с Юмиланом, что этот мир достоин помощи, ведь здесь остались светлые души, которые не разучились любить! Несмотря на то, что касание ткани к поврежденной коже Эльмина ухудшало плачевное состояние целителя, мы определили это, как меньшее зло.
– Кессар, как у тебя с левитацией? – спросил Ри.