Разбудили меня странные звуки. Возня, пыхтение. То ли рычал кто, то ли поскуливал… Испуганно сжалась в комок.
– Боги, если вы меня слышите – уберегите!
Я шептала эту фразу, как молитву. Не дыша, прислушиваясь к темноте. Рычание стало слышнее и агрессивнее, и, вроде как, ближе. То, что вся эта возня доносилась со стороны ручья, говорило о том, что за день запах крови не выветрился, и аромат скошенной травы не помог. Те, кто сейчас рыскали по берегу, пришли по мою душу. А дальше между хищниками завязалась драка. И звуки потасовки были какими-то странными, не похожими на свару диких зверей. Я отчетливо могла различить стоны, охи и даже…шепот? Дерутся люди? Или этот мир населяют нелюди? И тут мне что-то совсем не по себе стало. Я старательно гнала от себя мысль, что оказалась здесь совсем одна. Но что если на самом деле тут нет людей? Тогда моя смерть это только вопрос времени. Очень хотелось завыть от отчаяния, но я сдержалась. И даже дышала через раз, чтобы, не дай Бог, не выдать своего присутствия. Через какое-то время потасовка утихла, звуки стали отдаляться и я немного расслабилась. Все таки не почуяли, не нашли… С такими мыслями провалилась в тревожный сон.
В этот раз проснулась сама. Солнце давно уже встало, если судить по ярким световым пятнам, пробивающимся сквозь крышу моего шалаша. Некоторое время лежала неподвижно, прислушиваясь к доносящимся звукам. Шумит листва, птички поют, переливается хрустальным журчанием ручей. Если бы не мое попаданство, то я, непременно, наслаждалась бы отдыхом на природе. Аккуратно пятясь задом, выползла наружу. Тело тут же обдало ласковым жаром. Все-таки за ночь я подмерзла. Хоть в этом повезло, что попала в теплый период. Представив себя, бегущую босиком по снежному лесу, передернулась. Повернулась спиной к солнцу, намереваясь выйти к колючим кустам, и чуть не заорала от испуга. А все потому, что тень, отразившаяся на траве, была огромной и ощетинившейся иголками. Ну, это же не могла быть я? Развела руки в стороны и тень повторила. У меня за ночь выросли дополнительные части тела? Со страхом прикоснулась к голове. Тьфу ты, чуть с ума не сошла. Все оказалось гораздо прозаичнее. Во сне мои волосы растрепались и очень крепко «подружились» с чудо-травой. И чтобы прекратить эту дружбу, мне придется сильно постараться. Взгляд невольно упал на поднятые руки. А вот это уже интересно. Кожа на руках местами была голубого цвета, явно сок от травы, и в тех самых местах раны затянулись новой кожицей.
– Вот это травка! – восхищенно выдохнула я.
Сомнений быть не могло. Сок травы обладал просто очешуительным лечебным эффектом! Сейчас умоюсь, напьюсь и займусь лечением своего бренного тела. А уже после вновь возьмусь за рукоделие.
К концу дня я щеголяла в носках и отсвечивала бледно-синей кожей. Жаль что на спине не получалось раны обработать, но на ночь я обязательно нарежу свежей травы и старательно потрусь об нее спиной. Голод удалось притупить той же травой. Я рассудила так – раз она лечебная, то организму навредить не может. Только есть ее, в больших количествах я побоялась, уж больно она прочная, как проволока. А так накрошила, как можно мельче и проглотила примерно две чайные ложки синей смеси. Надеюсь, заворот кишок меня не ждет, и запор тоже…
Ночь снова была беспокойной. Те же звуки, только уже без драк. Как я поняла, те хищники, что приходят к ручью, терпеть не могут синюю травку-липучку. Потому что, тщательно осмотрев берег после первой ночевки, обнаружила несколько мест, где ночные посетители пытались зайти в мое поле. Там, на траве, обнаружилось множество клочков темной жесткой шерсти. Понятно от чего они злились и скулили… Так что теперь в своем шалаше я чувствовала себя гораздо увереннее.
На третий день мне сказочно повезло! Пока я приводила себя в относительный порядок после сна, боги этого странного мира сделали мне бесценный подарок. Пара крупных птах, размером с чрезмерно упитанного голубя, радуя глаз ярким алым оперением, настолько заигрались в небе, что умудрились рухнуть в траву-липучку. А это чудо иномирной флоры свое не отпускает… Мне пришлось изрядно повозиться, чтобы справиться с активно сопротивляющимися птицами, и не менее активно цепляющейся за них травой. Их мне, конечно, было жалко, но себя еще жальче! Зажмурив глаза, свернула шею сначала одной, а потом и второй птахе. Потрошить пошла в ручей, чтобы на берегу не было ни крови, ни запаха. Как я это делала – отдельная песня… Изрезала себе все пальцы, но стала обладательницей двух, пусть не разделанных, а растерзанных, свежих тушек. Печень, сердца, желудки съела сразу. И, скажу вам – никакого отвращения не было! Я себя даже на мгновение диким зверем почувствовала – настолько большое удовольствие получила, вгрызаясь в еще теплую мякоть. Жаль, конечно, что это богатство съесть мне придется очень быстро. В такой жаре мясо долго храниться не будет.