Она пыталась. Её голос тек, как тёплая река, обволакивая сознание, пытаясь найти лазейку, брешь в стене. Но стена была монолитной. Мои мысли, мои спрятанные воспоминания оказались заперты за надёжным, невидимым барьером. Я почувствовала лишь глухое сопротивление, как будто упиралась лбом в холодный, гладкий камень.
– Защита, – констатировала Беатрис, когда я открыла глаза, чувствуя странную пустоту и разочарование. – Надёжная и искусная. Но любую защиту можно снять. Нужен лишь верный ключ и больше времени.
Сешанс не дал результата, но Беатрис не выглядела обескураженной.
– Ничего страшного, – сказала она, по-матерински погладив меня по плечу. – Ты научилась расслабляться, входить в состояние покоя. Без этого — никуда. До идеала далеко, но мы на верном пути.
Её непоколебимый оптимизм был как глоток свежего воздуха в затхлой комнате отчаяния.
– Спасибо, – тихо сказала я, и слова вырвались сами, искренне. – Спасибо, что веришь и не сдаёшься. Одна я… я бы уже давно махнула на всё рукой.
Мы договорились о следующей встрече, и я вышла из лечебницы, чувствуя странную смесь усталости и слабой, но упрямой надежды.
Ужин я пропустила, и теперь живот предательски сводило от голода. «Может, на кухне ещё что-то осталось?» — подумала я, направляясь туда.
Кухня, к моему удивлению, не была пуста. В свете одинокой магической лампы Тэйлор протирал столешницу. Он обернулся на мой шаг, и на его лице расплылась знакомая, тёплая улыбка.
– Почему ты ещё здесь? Трудишься от зари до зари? – спросила я, пока он без лишних слов ставил передо мной тарелку. На ней дымились спагетти в насыщенном чесночно-мясном соусе, пахнущие невероятно вкусно.
– Ты не пришла на ужин, а Ким сказала, что тебя вызывала Беатрис, – пожал он плечами, его глаза мягко блестели в полумраке. – Подумал, проголодаешься. Кажется, угадал.
Для всех остальных визиты к Беатрис были лишь регулярными осмотрами. Никто не должен был знать об истинной цели наших встреч.
Я замерла, не решаясь взять вилку. Он встал рядом, и его большая, тёплая ладонь накрыла мою руку, лежавшую на столе. Простое, твёрдое, успокаивающее прикосновение. Неловкая, но странно приятная пауза повисла в воздухе.
– Спасибо, – наконец выдавила я сквозь внезапно пересохшее горло, пытаясь улыбнуться. Его забота, это внимание — оно смущало и согревало одновременно.
Он легко, почти невесомо погладил мою руку большим пальцем, а затем отпустил. Тэйлор и раньше выделял меня — подкладывал лучший кусок, подмигивал, шутил. Я списывала это на обычную доброту. Теперь же, в тишине ночной кухни, под его пристальным, тёплым взглядом, в этой простоте возник какой-то новый, тревожащий оттенок.
Нашу тишину грубо разорвал вихрь, влетевший на кухню. Синтия замерла на пороге, её взгляд, словно отравленная стрела, метнулся от Тэйлора ко мне и обратно. Она фыркнула, выразив всё своё презрение одним звуком.
– Господин проголодался. Собери ужин и отнеси. И поживее, – бросила она в мою сторону, словно отдавая приказ холопу. Высоко вскинув подбородок, она развернулась и исчезла, оставив после себя шлейф дешёвых духов и раздражения.
– Мне показалось, или нам только что отдали приказ? – Тэйлор тихо рассмеялся, но в его прищуренных глазах мелькнула опасная искорка.
– Похоже на то. Соберёшь ужин для господина, а я пока… поем? – я схватила вилку, намереваясь расправиться с едой как можно быстрее.
– Хорошо, Элена, – он кивнул и начал собирать поднос с изысканной точностью. Пока он раскладывал фрукты и наливал вино, он, не глядя на меня, спросил: – Не хочешь завтра сходить в парк? Прогуляться. Говорят, там сейчас особенно красиво.
Предложение застало врасплох. Прогулка. Просто прогулка. Не уборка, не страх, не тайные сеансы. Что-то нормальное, человеческое.
– С удовольствием, – ответила я почти не задумываясь. Мне правда нужно было развеяться, вырваться, хотя бы ненадолго, из-под этой давящей, магической тяжести. Это был шанс.
Его лицо озарила та самая лучезарная, победоносная улыбка. Он протянул мне готовый поднос.
– Тогда до завтра. После утренних дел.
Я взяла поднос, чувствуя, как его пальцы на мгновение задержались на моих. Затем он отпустил. Я направилась к той части дома, где меня ждал Майкл Мирэй.