Чтобы выжить здесь, по логике вещей, мне самой следовало бы стремиться занять место рядом с господином Мирэем. Но нет! Этот мужчина пугал меня. Одна лишь мысль об этом заставляла по спине бежать мурашки.
Так! Паника и стресс – плохие советчики. Нужно взять себя в руки и успокоиться. С другой стороны, это же удача, что я решила спуститься на кухню именно сегодня. Мне удалось подслушать невероятно ценную информацию, которая, возможно, спасет мне жизнь.
Синтия настроена решительно и ни перед чем не остановится. Готова даже подставить своего мужчину, подослав его к другой, и самой лечь в постель к нелюбимому. Как же искусно она играет людьми.
В первую очередь, мне нужно удвоить осторожность. Теперь необходимо тщательно следить за каждым своим словом и действием. Не привлекать лишнего внимания, стараться быть невидимкой. И обязательно присмотреться ко всем обитателям особняка, чтобы понять, кто уже на стороне девушки.
Прогулку с Тэйлором по саду придется отменить – под любым предлогом. Сослаться на слабость будет достаточно. Нужно всячески избегать его общества и знаков внимания.
Обязательно поговорить с Ким, предупредить ее и попросить помочь свести общение с Тэйлором к минимуму.
Интересно, могу ли я доверять Беатрис? Та что-то скрывает от меня уже давно, хотя я всегда была с ней открыта. И здесь нужно держать ухо востро.
Глава 7
Утро началось с неожиданного визита господина Мирэя. К его приходу я уже успела завершить утренние процедуры и облачиться в простое рабочее платье, когда в дверь без стука вошла его высокая, сковывающая пространство фигура.
– Как прошла ночь? – его вопрос прозвучал резко, почти как удар хлыста.
Ночь была пустой и бездонной, как колодец без воды. Ни снов, ни видений — лишь тягучее, беспробудное забытье, после которого в висках стучала усталость. Я даже почувствовала досаду — словно лишилась чего-то важного.
– Такое ощущение, будто я вовсе не спала, – вырвалось у меня прежде, чем я успела обдумать ответ.
Мужчина вначале удивленно приподнял бровь, а затем задумчиво нахмурился, его взгляд, обычно леденящий, стал острым и анализирующим.
– Что-то странное происходит с твоим сном, но я пока не могу понять, что именно, – пробормотал он скорее для себя, и от этих слов по спине пробежал холодок. Он что-то знал. Или догадывался.
– Я не понимаю, что вы имеете в виду? – осторожно, как по тонкому льду, попыталась я расспросить.
– Не обращай внимания. Это моя проблема, – отрезал он, и в его тоне прозвучал стальной конечный аккорд.
– Но…
– Когда я уйду, к тебе придут портные, – резко перебил он, как всегда, не терпящий возражений.
Он принялся деловито вышагивать по комнате, его темный плащ едва не смахнул со стола хрупкую фарфоровую безделушку.
– Платья сшиты, но нужно произвести примерку и устранить все недочеты. Я, признаться, несколько удивлен твоим выбором. Портные, однако, настояли на добавлении нескольких моделей по последней моде. Я не стал препятствовать. Не пугайся. С этим нужно покончить как можно скорее. После обеда мы выдвигаемся.
– Куда выдвигаемся? – невольно выпалила я, и он в ответ лишь коротко, с едва уловимым оттенком насмешки, хмыкнул.
– Как куда? – передразнил он меня, и в его глазах на миг мелькнула искорка чего-то, отдаленно напоминающего потеху. – На бал. В особняк Нэймана.
Меня поражали эти внезапные перепады его настроения. Сейчас от него не веяло привычным леденящим ужасом, не было того давления, что заставляло съеживаться. Он даже улыбался — легкое, едва тронувшее губы движение, которого я от него никак не ожидала.
– Так скоро? Я думала, что у нас впереди еще несколько дней на подготовку, – наконец обрела я дар речи.
– А зачем тянуть? В особняке Нэймана прекрасный сад. Прогулки по нему должны пойти тебе на пользу. А я пока решу некоторые свои… рабочие вопросы до начала бала. Подготовка, в сущности, завершена. Осталось лишь уладить дела с твоим гардеробом, но и это не займет много времени.
Я молча смотрела на него, не зная, что возразить. Его решение было подобно движению лавины — неотвратимым и не оставляющим выбора.
– Кроме того, для тебя приготовлено дорожное платье. Его принесут перед отъездом. Ты же не можешь отправиться в путь в таком виде, – он выразительно окинул меня оценивающим взглядом с головы до ног.
Значит, в «таком виде» мне дозволено бродить по дому, но не являться на люди. Интересно, а в чем планировал он отправить Синтию? Мысль была колкой и горькой.
Инквизитор выдал еще несколько кратких, как приказы, наставлений и удалился, оставив после себя запах морозного воздуха и дорогой кожи.