– Чудесно! – Ким захлопала в ладоши и сделала маленький прыжок на месте. – Теперь нас снова трое! Я уже устала от вечных колкостей и придирок Синтии в одиночку.
Я удивлённо подняла брови. Юджина лишь слегка покачала головой, бросив Ким взгляд, полный мягкого укора, и вздохнула.
– Это мы обсудим потом, Ким. А сейчас — по делам, – она мягко, но недвусмысленно дала понять, что болтовне конец. – Элене нужно освоиться.
– Увидимся позже! – Ким весело помахала мне рукой и выпорхнула из зала.
Когда её шаги затихли, Юджина повернулась ко мне, и её выражение стало сосредоточенным и деловым.
– Теперь, моя дорогая, введём тебя в курс дела. Особняк Мирэя огромен, и наш долг — поддерживать в нём безупречный порядок. Вместе с тобой домработниц теперь снова три. Каждая отвечает за свои территории, которые должны сиять каждый день, без исключений. Даже если комната пустует годами, завтра в неё может въехать важнейший гость — и она должна быть готова.
Мы вышли из зала и направились к главной лестнице. И вот тогда я её действительно увидела. Когда Ким тащила меня, я была слепа от страха. Теперь же я замерла, поражённая. Лестница была не просто лестницей — она была произведением искусства. Широкая, пологая, из тёмного, отполированного до зеркального блеска дерева, она вела с первого этажа на второй единым, величественным маршем. А на втором этаже расходилась двумя изящными дугами в разные крылья, чтобы на третьем снова встретиться, образуя воздушную галерею. Игра линий, света и тени завораживала.
– Почему я так акцентирую внимание на комнатах? – голос Юджины вернул меня к действительности. – Потому что в твоём ведении их будет четыре. Ежедневно: вытряхивать ковры, протирать всю пыль, мыть полы и проверять постельное бельё. Реже, по графику: мытьё окон и более глубокая уборка. Для гостей и для самого господина мы должны быть тенью, невидимкой. Если в комнате находятся люди, ты можешь войти только если тебя позвали, и только для конкретного дела — убрать разлитое вино или собрать осколки. Это железное правило. Понятно?
– Да, Юджина, совершенно понятно, – ответила я твёрдо, стараясь впитать каждое слово.
– Отлично. С одеждой, как вижу, тебя уже обеспечили, это упрощает дело. Вечером тебя проводят в твою комнату. А сейчас — за работу.
Мы поднялись по той самой прекрасной лестнице на третий этаж. Юджина открыла первую неприметную дверь справа. Внутри была просторная кладовая, аккуратно заставленная полками. На них в идеальном порядке стояли вёдра, тряпки из мягкой ткани, щётки, банки с полиролями и флаконы с чистящими снадобьями, от которых пахло травами и уксусом.
– Здесь наш арсенал, – сказала Юджина, обводя помещение рукой. – Всё, что может понадобиться для уборки, ты найдёшь здесь. И так же, как и комнаты, это помещение должно содержаться в абсолютной чистоте. Порядок в инструментах — порядок в работе. Всё ясно?
Я встретила её твёрдый, проверяющий взгляд и уверенно кивнула, чувствуя, как последние остатки страха сменяются сосредоточенной решимостью.
– Тогда, Элена, – Юджина улыбнулась, и в этой улыбке было напутствие и доля тепла, – давай приступим. Покажу тебе твои комнаты.
Я послушно вошла в кладовую. Комната оказалась больше, чем казалась со стороны. На аккуратных полочках, выстроенных вдоль стен, царил идеальный порядок. Вёдра и тазы сверкали чистотой, тряпки были аккуратно свернуты, а на отдельных полках стояли флаконы и банки с различными снадобьями — одни пахли резким уксусом, другие — горьковатыми травами. Здесь действительно было всё, что могло понадобиться.
Набрав чистой воды в ведро и выбрав несколько мягких тряпок и щётку, я вышла в коридор к ожидавшей Юджине. Женщина окинула мой выбор беглым, но оценивающим взглядом, и в уголках её губ дрогнула едва заметная, одобрительная улыбка.
– Теперь на второй этаж, в правое крыло, – сказала она, направляясь к лестнице. – Там расположены четыре гостевые комнаты и… спальня господина Мирэя. Твои — это крайние. Центральная принадлежит хозяину. Пока что тебе там делать нечего, вход туда для тебя закрыт.
Мы спустились на один пролёт. Меня пронзил холодок, когда мы прошли мимо массивной, тёмной двери в центре стены.
– Я поняла, – кивнула я, стараясь звучать уверенно. – А кто убирается у него? – спросила я скорее из любопытства, чем из какого-либо желания. Чтобы выжить здесь, нужно понимать расстановку сил.
– Синтия, – ответила Юджина, и её обычно спокойный голос окрасился лёгкой, едва уловимой усталостью. – Она долго добивалась этой привилегии. Так что даже не думай туда соваться.