Меня передёрнуло. «Привилегия»? Добровольно проводить время в логове этого человека? Несколько минут в его кабинете хватило, чтобы я поклялась себе избегать его любыми способами. Мысль о том, чтобы прибираться в его личном пространстве, вызывала леденящий ужас.
– Нет, вы меня не так поняли, я вовсе не горю желанием… – я резко прикусила губу, поняв, что могу сказать лишнее.
– Это мудро, – Юджина остановилась и посмотрела на меня прямо. В её взгляде не было гнева, только серьёзное предостережение. – Следи за словами, девочка. Одно неосторожное слово здесь может стоить дорого. Очень дорого.
Я потупила взгляд, внезапно почувствовав себя маленькой и глупой. Испортить отношения со смотрительницей в первый же день было бы верхом идиотизма.
– Простите, – тихо сказала я, надеясь закрыть тему.
– Ладно, – смягчилась она. – Давай работать. В каждой комнате: вытереть пыль со всех поверхностей, вымыть пол. Если будут гости, добавится смена белья и полотенец. Всё грязное относишь в прачечную — она в отдельном здании рядом. Понятно?
Я покорно кивнула. Парадокс: мир, где существует магия, где свечи горят вечно, а люди вселяют страх одним взглядом, всё равно держится на вёдрах с водой и тряпках. Почему бы просто не щёлкнуть пальцами?
– Можешь начинать. У меня своих дел хватает, но вечером я зайду с проверкой, – Юджина кивнула в сторону первой двери и удалилась, оставив меня одну на пороге первой гостевой спальни.
Комната захватила дух. Она была не просто чистой — она сияла роскошной, сдержанной красотой. Лучи утреннего солнца, проникая через высокие окна, играли на полированных поверхностях дорогой мебели из тёмного дерева. Всё здесь, от тяжёлых штор цвета бордо до узорного ковра, было выдержано в единой гармонии. Но больше всего поразило освещение. Под потолком висела изящная люстра, но вместо свечей в неё были вставлены… магические светильники. Они мягко светились ровным, тёплым светом, не плавясь и не уменьшаясь. Это было одновременно красиво и жутковато — самое осязаемое доказательство того, что законы знакомого мира здесь не работали.
Несмотря на видимую чистоту, я принялась за работу со всей тщательностью. Тишина и спокойствие комнаты постепенно усыпили бдительность, позволив мыслям блуждать. Но каждый шорох за дверью, каждый отдалённый шаг в коридоре заставлял сердце ёкать и замирать. Я ещё не научилась различать, откуда доносятся звуки — с этого этажа или сверху
Закончив, я отнесла ведро с грязной водой наверх. Только сейчас заметила, что лестница вела ещё выше, на четвёртый этаж. «Что там?» — промелькнула мысль. Нужно будет спросить у Ким.
В кладовой я уже ополаскивала тряпки, когда дверь резко распахнулась. На пороге стояла Синтия. Та самая, что смотрела на меня с брезгливой усмешкой утром.
– Поговорим! – её голос прозвучал властно и не терпел возражений.
– У меня нет времени на разговоры, – попыталась я пройти мимо, но она ловко перегородила путь, вынудив меня снова поставить ведро на пол. – Работа ждёт.
– Я сказала — поговорим! – она встала в позу, положив руки на бёдра. Её взгляд был колючим и полным неприкрытой вражды.
– Слушаю, – сквозь зубы процедила я, поднимая голову и глядя ей прямо в глаза. Пусть видит, что запугать меня не так-то просто.
– Запомни раз и навсегда, – она прошипела, сделав шаг вперёд. – Даже не думай приближаться к Нему. Он мой!
«Он мой». Слова прозвучали так, словно она говорила о драгоценной безделушке, а не о вселяющем ужас маге.
– А он в курсе? – сорвалось у меня с саркастической усмешкой. Глупо, очень глупо провоцировать её, но что-то внутри отказалось молчать.
Её глаза сузились до щелочек.
– Очень смешно. Посмотрим, как ты будешь смеяться, когда я стану госпожой в этом доме! Я вышвырну отсюда всех! И начну с тебя! – она горделиво вскинула подбородок, и в её позе была карикатурная надменность.
– С чего это я должна отсюда вылетать? – сделала я наивное лицо, продолжая играть с огнём. – Не я же строю несбыточные планы и не я порочу имя хозяина, заявляя о таких… близких отношениях. Мне кажется, твоё чёрное платье говорит само за себя. Ты прислуга. Как и я. Так что не задирай нос раньше времени.
Её лицо исказилось от злости. Казалось, сейчас из её глаз вырвутся искры. Но вместо ответа она лишь ехидно, беззвучно усмехнулась, бросила на меня последний ненавидящий взгляд и вышла, хлопнув дверью.
Я осталась стоять, прислушиваясь к отдаляющимся шагам. Сердце всё ещё колотилось от адреналина. Отличное начало — обзавестись врагом в лице самой амбициозной служанки, у которой, судя по всему, есть хоть какие-то привилегии. Её уверенность была пугающей. Неужели у неё действительно есть какие-то виды на хозяина? Мысль казалась нелепой и жуткой одновременно.