Шагнув в то место, где раньше располагалась дверь, очутился там, что раньше было его домом, от второго этажа не осталось ничего, лишь почерневшие от огня стены, что смогли уцелеть. Укрыв лошадей магическим барьером, он двинулся вперёд,.. Знакомые ранее места выглядели так чужеродно, а некогда красивый, выложенный редкой мраморной плиткой пол выглядел сейчас безобразно.
Корделия следовала за ним по пятам молчаливой тенью, озираясь по сторонам и стараясь не привлекать внимания спутника.
Дом сгорел почти дотла, оставив лишь пару стен, торчавших словно зубы старухи. Лайонел наклонился, провёл рукой в чёрной перчатке по полу, расчищая его от пыли и осевшей золы, нащупал пальцами металлическую круглую ручку крышки. Сюда не могли добраться. Капли крови не требовалось, магия его предков, защищавшая это место, охотно отозвалась на его сущность. Дёрнул сильнее крышку, и та со зловещим скрипом отворилась, а в лицо дохнул неприятный, сырой и в тоже время затхлый в воздух.
Рукой поманив к себе Корделию, Лайонел помог ей спуститься. Без него она бы не смогла сюда проникнуть.
Щёлкнув пальцами, вызвал зеленоватый огонь, сделав помещение более зловещим. Пахло плесенью, пылью, стены покрывал толстый слой паутины. А впереди их неприветливо встречал длинный, узкий, чёрный коридор. Пауки никогда не трогали жильцов этого дома, хоть и отличались довольно крупными размерами, но за это время они могли переменить свои нравы. Перекатившись с пятки на носок, он вызвал скелета и кисло усмехнулся. Последний путь по таким же туннелям Лайонел проделывать в обществе скелета. Только этот был мощнее, больше и оружие его было более сильным.
– Держись рядом. Я не был здесь давно, – предостерёг подругу, медленно продвигаясь вперёд.
Оставалось надеяться, что после пожара, учинённого стражниками, комната с перстнем-печаткой уцелела.
Пара поворотов, и они оказались возле старой почерневшей двери, некогда она была красивой, но сейчас потемнела от бедствий и долгого отсутствия ухода. Ухватившись зубами за кончик перчатки, Лайонел без особого труда стянул её с руки и коснулся деревянной поверхности, чувствуя магическую силу, защищавшую это место. Едва заметная глазу дымка окутала поверхность, моргнула, а затем исчезла, отворяя перед последним владельцем дома вход.
– Стой тут, дальше магия тебя не пропустит даже со мной, – обронил Лайонел, бросив предостерегающий взгляд в сторону подруги. И шагнул внутрь.
Глава 7
Грязь под ногами лошадей неприятно чавкала, крупные капли дождя стекали по чёрной ткани, кончикам волос, выглядывающим из-под капюшона. Благо, Корделия, как и всегда, постаралась на славу, и дорожные плащи, сшитые ею, отлично держали влагу, не пропуская внутрь. Только от холодного ветра, задувающего, пронизывающего насквозь, они нисколько не спасали. Отвратительная погодка. Может быть, осень и была красива, но не тогда, когда превращалась в дождливое и слякотное ненастье.
Уставшие в пути лошади едва плелись, и если Лайонел видел впереди деревеньки, таверну и мысленно ободрял себя тем, что скоро он попадёт в сухое и тёплое помещение, то лошади себя этим не ободряли явно.
Деревушка Могильный холод получила своё название из-за того, что располагалась вблизи местного кладбища, а также семейного склепа Арвел. В последнее место Лайонел собирался наведаться. Нужно было узнать, что стало с телами его родственников. И если они по какому-то ряду причин находятся не в склепе и не захоронены по обычаям, то на голову его дорогого дядюшки упадёт очередная кара. Впрочем, смертных кар мысленно королю он уже наслал много, и список рос и рос. И заканчиваться явно не желал, Лайонел с завидным упорством находил за что еще им предстояло поквитаться. Отступать от намеченных целей он не привык.
Хорошо, что они не поехали в город. В сторону деревушки Лайонел свернул, опасаясь за Корделию, его спутница была измотана, хоть и не показывала своё состояние всеми силами. Трудное путешествие через лес, нахождение с местом, где погибли многие, в ведь он и не сомневался в том, что Делия слышала очередной шепот, сводящий её с ума. И ведь держалась стойко. Его маленькая, хрупкая, но такая мужественная Корделия. Его? Лайонел дёрнул уголком губ, и почему он только это подумал. Его… Что-то странное просыпалось в душе, бурлило, ворочалось, шкворчало, словно тесто на сковородке, когда Матильда жарила пирожки.
Деревянная вывеска покачивалась на ветру, издавая неприятный скрип при каждом порыве. Таверна « Усталая ведьма» была двухэтажной, с небольшой конюшней рядом. Из больших окон струился тёплый рыжий свет, виднелись посетители, доносились звуки смеха, спора и лютни местного барда. Заведение пользовалось успехом у местных жителей, ведь путники сюда захаживали редко. Лишь странствующие торговцы, разъезжающие между городами.