Ответом ему послужило громкое, демонстративное фырканье, и Матильда переступила порог дома. Её морщинистые руки опустились на плечи воспитанников, прижимая их к себе в точности, как в детстве. От Матильды пахло травяными мазями, выпечкой и яблоками, а ещё старостью. Как бы ему не хотелось признаваться даже самому себе, но он будет скучать по этой старой упрямой колдунье, что научила его всему, что знала сама. Наверное, он мог бы назвать её матерью, но память о родной матушке он ценил больше. Отец, мать – вот, что подогревало его месть всё это время.
– Берегите себя. И возвращайтесь скорее, – гаркнула она, а затем отстранилась и внимательно осмотрела каждого из них.
– Энни и Энтони останутся еще какое-то время здесь, пока мы все подготавливаем, – Лайонел оглядел ведьму. Матильда выглядела потерянной, но старалась этого не показывать.
Предложи он ей поехать с ними сейчас, она все равно откажет.
– Ай, – она махнула морщинистой рукой. – Езжайте уже. Не тяните.
Прощаться Матильда ненавидела, и Лайонел это прекрасно знал.
Глава 2. Часть 1
Люди говорили, что рождённые с неестественным цветом волос обладали большими магическими способностями.
Корделия не считала себя выдающимся магом. Уж точно не таким сильным, как Лайонел. Хоть Матильда и обучала их двоих магии, она значительно уступала ему.
Своих родителей Корделия не помнила и не хотела помнить, Матильда заменила ей мать, Ричард – отца, а Лайонел... Рядом с ним она ощущала себя в безопасности. Рядом с ним шёпот смерти, звуки и крик, рвущийся из глубин её существа, сводил с ума чуть меньше.
Из Равнины Перьев они выехали несколько часов назад, и теперь неспешным шагом продвигались по тропинке среди леса. Лёгкий осенний ветерок холодил кожу, заставляя Корделию зябко подёрнуть плечами и плотнее укутаться в тёплый плащ. Её вороно-пегая лошадь неспешно шагала за гнедой лошадью Лайонела, изредка недовольно пофыркивая. Солнце постепенно начинало садиться за горизонт, скрываясь за раскидистыми ветвями деревьев и опуская на землю первые сумерки. Говорят, в лесах «Призрачные тени», в самой глубине, в чаще, водились ужасные призраки, монстры такие, каких свет не видывал. А крестьяне любили сетовать на то, что это дело рук некромантов, все ужасные порождения возникли по велению тёмной магии. Порождений ночи и прочих монстров Корделия не боялась ни капли, Лайонел сможет защитить их, да и она не была такой беспомощной, как он представлял себе.
Больше её беспокоили лошади. Слива и Горностай были хорошо натренированы и привыкли к магии, что использовал Лайонел, да и к существам они привыкли. Но шанс того, что они испугаются неизведанного, оставался всегда.
Делия бросила в спину спутника задумчивый взгляд. Лайонел надеялся найти артефакты, принадлежавшие его семье, и перстень-печатку. Надеяться на то, что они остались в руинах его разрушенного особняка, было наивно. Если не люди короля, так мародёры забрали ценные вещи. Эта печатка была им необходима, пусть Лайонел и собрал армию сторонников в Равнине Перьев. И благодаря Энтони и Энни привлечение новых шло быстрее. Корделия нахмурилась. Использовать перстень-печатку рядом с родным особняком Лайонела было слишком рискованно, но надеялся таким способом вернуть преданных сторонников его семьи. Объявить о возвращении наследника Арвелов, ведь по слухам его ждали преданные люди. Но, что, если, это была лишь ловушка? Что если, используя семейную реликвию, он лишь навлечет на себя непрошенное внимание, и совсем не то, на которое рассчитывал? Рука тут же потянулась к кинжалу, висевшему у неё на поясе, если понадобится защищать Лайонела, она им воспользуется!
– Однажды мы уже пересекали этот лес, – глухо произнёс Лайонел, сжимая руками поводья, взгляд его зелёных глаз был устремлён вдаль.
Спрашивать даже не требовалась, Корделия знала, что его взор устремлён туда, где находилось родовое поместье. Теперь уже разрушенное.
Король постарался на славу, и слухи о поджоге семейного поместья Арвелов разносились быстро. Якобы из-за огня в камине. Корделия скрипнула зубами, чувствуя тупую бессильную ярость, последнее время с подачи короля активировались охотники на ведьм, оборотней и любых, кто замешан в тёмной магии.
– Я плохо помню то путешествие, – не менее хмуро ответила Делия.
Она не врала, когда они добрались до повозки Матильды, она потеряла сознание. Видение о смерти Лайонела было слишком сильным и изматывающим для маленькой девочки.