Аарон сделал вялую попытку приподняться, но ноги словно были отделены от тела. К нему подошли, молча подняли и поволокли подальше от эпицентра событий. Он смотрел на бездыханное тело Сэма и вспоминал, как тот был рядом, когда все происходило. Картинка в его голове была отстраненной, будто загруженной через флешку. Родригез подошел, прощупал пульс Сэма и, посмотрев на Найлза, отрицательно помотал головой. Остальные, кто не занимался спасательными мероприятиями, пытались собрать оборудование, разбросанное впопыхах. До Аарона начало доходить, что выжил лишь он один, кто оказался в эпицентре этой лучевой мясорубки. Правда, он сам не осознавал как, впрочем, никто не понимал как, почему и чем все это было.
Его доволокли до тропинки, дали бутылку воды и начали переносить тела. Без задней мысли, тела складывали рядом с Аароном, словно это была жесткая и очень черная шутка. Хотя всем было не до смеха. Он равнодушно смотрел в сторону, где недавно произошла аномалия, и делал мелкие глотки воды, пытаясь смочить пересохшее горло. Заложенность ушей прошла, сознание вернулось, но в его голове поселилась тишина. Без гула, голосов и прочего. И он бы обрадовался, случись это в любой другой момент, но не в этот. Хотя он еще не осознал до конца масштаб трагедии и опасности, с которой они столкнулись.
Он повернул голову и среди тел нашел знакомую форму Сэма. Тот лежал неподвижно. Затем он увидел Киру, которая вытирала слезы, а Федоров по-отечески гладил ее по спине. Внезапно в голове Аарона возникла совсем неуместная мысль, есть ли между ними что-то. Но он тут же ее отбросил. Хоть сознание еще и не пришло в себя, но это уже слишком.
Внезапно он услышал рядом хрип и попытку прокашляться. Сэм, лежавший рядом, словно пошевелился. Аарон хотел крикнуть, чтобы позвать кого-то, но как только он сделал первую попытку закричать, горло сжала резкая нестерпимая боль, так что получилось у него издать только вялый жалобный хрип. Он сконцентрировался и с помощью ватных рук начал пытаться подползти к телу коллеги, движения которого уже не оставляли сомнений в том, что перед ним не труп.
Он приблизился к Сэму и ватными руками начал тормошить его.
— Сэм, — прохрипел он. — Ты живой?
Сэм медленно повернул голову в сторону Аарона. Выражение его лица было настолько отталкивающим, что Аарон, забыв о своей физической слабости, инстинктивно отшатнулся назад. Глаза Сэма выражали испуг, источник которого, казалось, выходил за пределы человеческого воображения.
— Аарон? — изумленно прошептал Сэм, голос его был немногим лучше, чем у Аарона. — Ты где был?
Аарон посмотрел на него с недопониманием, насколько его мимика позволяла это выражать.
— С тобой, — прокряхтел он и попытался прочистить горло.
Но на этот раз с непониманием посмотрел на него Сэм.
— Мы тебя искали два дня, — хрипло ответил Сэм. — Вайнер уже с ума сошел, мы думали ты попал за красную зону.
Аарон на несколько секунд замер, пытаясь уместить в голове сказанное. Но понимание ситуации так и не пришло.
— Какой Вайнер? — напрягая сорванные связки, Аарон сделал попытку задать вопрос громче и четче.
— Что с тобой? — Сэм попытался сконцентрировать взгляд на нем. — Твой отец чуть с ума не сошел, пока тебя искали.
Глава 5
Доктор Фарнсворт, невысокий и поджарый мужчина, просветил глаза Аарона резким светом фонарика, заставив его на мгновение зажмуриться. Холодный свет врезался в сознание, словно лезвие, пробираясь сквозь мутные воспоминания о последних часах.
— Похоже на легкое сотрясение, — заключил доктор, выключив фонарик и спрятав его в карман халата. — Ничего серьезного, можно будет отделаться парой дней постельного режима. Но если состояние ухудшится, придется отправиться домой, — последние слова прозвучали так, словно «домой» означало нечто большее, чем просто возвращение.
Найлз, который все это время стоял у стены лазарета, не отрывая взгляда от Аарона, молча кивнул в знак согласия. Его лицо было напряжено, как у человека, решающего важную задачу.
— Да, он просто споткнулся и ударился головой, пока все убегали, — сказал он с недобрым прищуром, явно изучая реакцию Аарона. В его голосе чувствовалась странная смесь облегчения и настороженности, словно за простой случайностью крылась непонятная угроза.
Доктор снял электроды, которые были прикреплены к голове Аарона, и, не прощаясь, вышел из палаты, оставив их вдвоем. Тусклый свет флуоресцентных ламп отбрасывал длинные тени на стены, создавая ощущение клаустрофобии.