Но что-то тревожило Аарона. Он попытался сосредоточиться на этом ощущении: снотворное? Седативное? Почему-то это не подействовало. Вдруг его охватило чувство настороженности. Он сел на койке, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, и затем медленно встал. Тело двигалось с удивительной легкостью, без намека на сонливость. Он подошел к выходу, осторожно приоткрыл тент и выглянул наружу.
Лагерь был окутан сумраком, на горизонте не было видно ни одной живой души. Аарон быстро накинул куртку и вышел наружу. Прохладный воздух ударил в лицо, но это только подстегнуло его. Вдалеке, из палатки медперсонала, доносились приглушенные звуки — кажется, кто-то смотрел фильм. Осторожно, стараясь не выдать себя ни малейшим звуком, Аарон прошел мимо. Никто не заметил его.
Он двигался уверенно, хотя и не знал точно, куда направляется. Вскоре перед ним появилась палатка с тусклым светом внутри, у входа в которую сидел военный с планшетом, его лицо освещалось холодным светом экрана. Аарон подошел ближе, чувствуя, как его дыхание учащается.
— Сэм Адамс здесь? — спросил он у солдата, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
Военный поднял глаза от планшета, его светлые волосы, коротко остриженные под ежик, блестели в тусклом свете. Он бросил на Аарона быстрый, оценивающий взгляд, прежде чем сухо ответить:
— Здесь.
— Мне нужно с ним поговорить, — проговорил Аарон, пытаясь придать своему голосу твердости, но чувствовал, как уверенность ускользает.
Солдат изучал его еще несколько секунд, прежде чем холодно и отстраненно ответить:
— К нему запрещено пускать посетителей.
Аарон почувствовал, что остатки храбрости покинули его и тихо, почти умоляюще произнес:
— Пожалуйста, это важно.
Но его просьба лишь вызвала легкую усмешку на лице военного. Снисходительность, с которой тот смотрел на Аарона, говорила о том, что разговор окончен. Мужчина в форме, не удостоив Аарона больше ни единым взглядом, продолжил изучать что-то на своем планшете. Аарон, чувствуя нарастающее раздражение, вперился в него взглядом, пытаясь хоть как-то пробить эту стену безразличия. Гнев сменялся отчаянием, но когда стало ясно, что все его усилия бесполезны, он сдался и, подавив вздох, повернулся, собираясь вернуться в свою палату.
— Это же ты крикнул той девушке не идти в лес? — раздался вдруг голос за его спиной.
Аарон остановился и обернулся. Солдат, теперь пристально смотрел на него из-под нахмуренных бровей.
— Ну да, — ответил Аарон, все еще не понимая, куда тот клонит. — Ты там был?
— Почему? — спросил военный.
Аарон вздернул брови и чуть усмехнулся от неожиданности ситуации.
— Пустишь — скажу, — бросил он с легкой усмешкой, стараясь казаться уверенным.
Мужчина отложил планшет в сторону, и теперь смотрел на него с явным интересом, ожидая ответа.
— Ну… — начал Аарон, внезапно ощутив, как трудно подобрать слова. — Я почувствовал что-то странное.
— Что именно? — солдат не отводил от него пристального взгляда, словно пытался разгадать его мысли.
— Мне показалось, что пространство вокруг изменилось, — Аарон потянулся к затылку, по привычке почесывая его, когда был взволнован. — А потом я услышал голос.
— Это голос тебе сказал не идти? — продолжил солдат, его вопросы были резкими и быстрыми, как выстрелы.
— Нет, — Аарон нахмурился, чувствуя, как нелепо звучит его объяснение. — Он... ээээ... как будто предупреждал меня, но говорил что-то непонятное. Но я почувствовал… как бы тебе это объяснить…
— Тревогу? Интуиция? — предположил военный, его тон был предельно серьезным.
— Ну… наверное, можно и так сказать, — согласился Аарон, хоть и не был полностью уверен в этом.
— Понятно, — сухо ответил солдат, затем посмотрел на часы и снова взял в руки планшет. — У тебя две минуты.
Аарон округлил глаза, удивленный тем, как легко ему удалось добиться разрешения. Не теряя ни секунды, он вошел в палатку.
Сэм лежал неподвижно на койке, его глаза были устремлены в потолок, и казалось, что он вообще не осознает происходящее вокруг. Лицо было бледным, а тело напоминало марионетку, лишенную своих нитей. Видимо, его накачали успокоительным, чтобы тот не мог устроить еще один припадок.
Аарон подошел к нему, чувствуя, как внутри всё сжимается от тревоги.
— Сэм, — тихо позвал он, осторожно касаясь его плеча. — Сэм, ты как? Слышишь меня?