— От галлюцинаций? — переспросил он с лёгкой насмешкой. — Нет, не помогает. Увы. Это лишь немного повышает концентрацию и внимание. Проблему, конечно, не решит, но иногда позволяет сохранить ясность ума на нужное время.
Аарон разочарованно перевертел блистер в руках ещё раз. Он знал, что эти капсулы не исправят его состояние, но отказать себе в этой мнимой поддержке казалось ещё труднее. Он молча потянулся к куртке и положил препарат во внутренний карман.
— Хорошо, — произнёс он, пытаясь скрыть горечь разочарования. — А есть какой-то способ понять, где я вижу реальность, а где нет?
Франсворт пожал плечами, и на его лице появилась странная улыбка, смесь иронии и глубокой усталости.
— Нет, — тихо хохотнул доктор, словно его удивляла сама постановка вопроса. — Вы не глазами воспринимаете мир и не ушами. Всё, что вы видите, слышите и чувствуете, проходит через фильтры вашего сознания. А здесь, под воздействием аномалий, ваш мозг уже преподносит вам свою версию реальности. И неважно, болен он или подвержен внешним влияниям. В этом и кроется вся ловушка — ваше сознание само решает, что реально, а что нет. Признаки сенсорной дезинтеграции существуют, но в условиях, которые нас окружают, они могут быть не так очевидны, как хотелось бы.
Аарон поджал губы, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство. Он нервно затеребил пуговицу на куртке, пытаясь унять дрожь в пальцах.
— Но если вы понимаете, что это мешает вам выполнять работу, — продолжил Франсворт, смягчив голос, словно предлагал компромисс, — я могу выдать вам заключение, и вы отправитесь домой.
— В дурдом? — скептически переспросил Аарон, его голос дрогнул, а в глазах мелькнула тень обреченности.
— Почему в дурдом? — доктор сделал вид, что удивлён, его глаза округлились, как будто это предположение было ему чуждо. — Разумеется, нет. Всем очевидно, что здесь, в этих условиях, восприятие искажается под влиянием факторов, которые мы не до конца понимаем. Вы просто вернётесь в безопасную среду, где сможете восстановить силы и вернуться к нормальной жизни. Главное — признать, что человек может не справляться в таких условиях. Это требует не слабости, а смелости, — сказал Франсворт, пристально глядя на Аарона, словно пытаясь внушить ему эту мысль.
— Но у других же получается, — тяжело вздохнул Аарон. Ему казалось, что его коллеги гораздо лучше адаптировались, справлялись с трудностями, тогда как он чувствовал себя разбитым, боялся каждого шороха, как напуганный ребёнок.
— Начнём с того, — быстро отозвался Франсворт, — что интенсивность искажения восприятия у всех разная. Вы задаёте вполне разумные вопросы, пытаетесь разобраться, как отличить нереальные видения от реальности. Это свидетельствует о том, что вы всё ещё в здравом рассудке. Или вас что-то ещё беспокоит?
— Нет, только это, — ответил Аарон, хотя его мысли были далеко не так ясны. Слова доктора принесли ему некоторое облегчение. Парадоксально, но пока он осознавал, что что-то идёт не так, это означало, что всё ещё под контролем.
— Рад это слышать, — Франсворт улыбнулся и встал со стула, направляясь к выходу. — Поправляйтесь.
Аарон кивнул, но мыслями уже был в другом месте. Что если всё бросить и уехать подальше? Вряд ли он был незаменимым в этой миссии. Наоборот, в последнее время ему казалось, что он стал скорее обузой. Возможно, этот мир, в котором он находился, просто перестал быть его реальностью, и лучшее решение — уйти, пока не стало слишком поздно.
— «Если это повторится ещё раз, буду просить отпустить меня домой», — мысленно пообещал себе Аарон. Внутри нарастало напряжение, как будто все его чувства и страхи достигли точки кипения. Усталость, постоянная тревога, неослабевающие страхи — всё это слилось в единый тягучий ком, который тянул его вниз, и последний разговор с Найлзом лишь усилил ощущение обречённости.
— Привет, больной, — раздался весёлый голос у дверей. Появился улыбающийся Джеймс. — Сказали, что тебя выписывают. Правильно, нечего тут прохлаждаться в «люксе», — продолжал он шутить. — Помочь собраться?
— Что тут помогать? — фыркнул Аарон, сам не понимая, откуда взялась эта внезапная грубость. — Футболку мою в рюкзак брось, если не сложно.
Джеймс пожал плечами, явно удивлённый таким холодным приёмом.
— Ладно, — сказал он, сбавив шутливый тон. — В общем, Найлз ждёт тебя. Не затягивай.
Аарон проводил его взглядом, чувствуя, как настроение ещё больше портится. Он начал собирать вещи в рюкзак, почти не глядя, что куда кладёт. Но вещей было немного, и он решил проверить тумбочку, затем заглянул под кровать, чтобы случайно не оставить там что-то, вроде грязных носков.