Но под кроватью его взгляд привлёк странный предмет. Аарон потянулся и достал его, оторопев от неожиданности. В его руках оказались часы. Те самые часы, которые всегда были на нём, которые он увидел в галлюцинации вчера. Но на этот раз вполне материальные, он вертел их в руках, словно обычный предмет, до конца не понимая это очередной мираж или они реальны. Это были часы его отца, которые он когда-то забрал себе из-за их особой значимости. Как они могли оказаться здесь? Секундами раньше Аарон был уверен, что часы были на его запястье. И так и было, в его руках была копия тех же часов, что и у него на запястье.
Совпадение, что кто-то в лагере носил точно такие же часы, можно было исключить. Вот знакомая потертость на ремешке, вот царапина на экране после того, как они однажды упали. Эти мелкие дефекты были уникальными метками, которые не могли случайно повториться. Аарон покрутил часы в руке, словно пытаясь убедиться в реальности находки. Затем его взгляд упал на циферблат. Часы-дубликаты показывали другое время — они отставали на 5 часов 42 минуты и 15 секунд. Эта странность мгновенно обратила на себя его внимание.
Аарон несколько минут внимательно следил за движением цифр. Он заметил, что каждая секунда на этих часах длилась чуть дольше — около одной секунды по сравнению с его собственными часами. Время шло, но казалось, что дубликаты жили в каком-то своём, замедленном ритме.
Он сжал веки, пытаясь прогнать наваждение, но затем его интерес взял верх, и он перешел к настройкам дубликатов. Встроенный GPS показывал координаты, которые никак не могли быть правильными. Его собственные часы, как и ожидалось, указывали на их текущее местоположение в пределах аномальной зоны. Однако "доппельгангер" указывал на точку в открытом океане, примерно в пяти тысячах километрах от их текущего положения. Это было не просто необычно — это было против всех логических объяснений.
Компас на дубликатах вел себя еще более странно. Вместо того чтобы стабильно показывать на север, стрелка периодически отклонялась на 15-20 градусов, указывая на произвольные направления, словно внутри этих часов действовали какие-то иные, неизвестные силы.
Когда Аарон попытался синхронизировать время на своих часах с найденными, произошло нечто ещё более необъяснимое. Вместо того чтобы двигаться синхронно, часы-дубликаты начали стремительно ускоряться, будто пытались догнать время его собственных часов. Но вскоре они резко замедлились, словно утратили какую-то невидимую связь, и цифры замерли в том же странном ритме, что и прежде.
Аарон огляделся, чувствуя, что происходящее выходит за рамки одной странной находки. На миг ему показалось, что в комнате может находиться настоящий владелец этих часов, но он тут же отогнал эту мысль, пытаясь сохранить остатки здравомыслия. Однако в глубине души он осознал, что его толерантность к странностям, с которыми ему приходилось сталкиваться, значительно возросла. Это одновременно и радовало, и пугало его.
Забыв о только что данном себе обещании вернуться домой при первой же встрече с чем-то необъяснимым, Аарон осторожно завернул часы в футболку и спрятал их в рюкзак. Он понял, что в его нынешнем состоянии любое упоминание об этих часах могло только усилить подозрения и вызвать ненужные вопросы. Открытое обсуждение находки могло лишь усугубить его положение. Но именно в этот момент он осознал, что ему крайне необходимо остаться здесь. Его интуиция подсказывала, что это могло быть связано с чем-то, что он ещё не готов понять, но что обязательно откроется позже. Слишком много знаков указывали на необходимость молчания, и несмотря на внутренний дискомфорт, Аарон решил оставаться с этим в одиночестве, молча наблюдая и анализируя, пока не найдет более ясные ответы.
***
В свете тусклых ламп, подвешенных под высоким потолком лаборатории, разливался унылый белый свет, который казался более мертвым, чем живым. Запах озона, пропитавший воздух после многочисленных экспериментов, смешивался с затхлым ароматом старых фильтров и давно остывшего кофе. Ученые, словно затерянные в собственных мыслях, вглядывались в мониторы, на которых пульсировал поток данных, формирующий непредсказуемые волны и пики.
Аарон осторожно вошел в лабораторию, он старался не привлекать внимания, но его собственное переживание прошлой ночи не давало покоя. Стараясь держать себя непринужденно, он подошел к столу, вокруг которого склонились специалисты, и сделал вид, что интересуется их работой.