— Как прошла ночь? — спросил Аарон, стараясь придать голосу обычный тон, хотя внутри ощущал холодное беспокойство. Он взглянул на экран с текущими показателями. — Что-то интересное зафиксировали?
Джеймс поднял голову от монитора.
— Были кое-какие аномалии, но ничего особенного, — сказал он, но в голосе его слышалась неуверенность. — Хотя... — он замолчал, словно решая, стоит ли продолжать. — В момент, когда мы начали активное сканирование зоны, данные вдруг стали вести себя хаотично.
Аарон ощутил, как напряжение закралось в его мысли.
— Что именно произошло? — его голос оставался спокойным, но внутри все сжималось.
— Мы зафиксировали всплески активности на периферии зоны, но когда попытались точно определить их источник, данные начали искажаться, — продолжил Джеймс, его пальцы пробежались по клавиатуре. — Показатели начали сходить с ума, как будто зона… как бы странно это ни звучало, сопротивлялась нашим измерениям.
— Сопротивлялась? — Аарон с трудом удерживал нарастающее беспокойство. — Вы хотите сказать, что зона реагирует на попытки её изучить?
Джеймс неуверенно кивнул.
— Возможно. Но пока это лишь догадка. Данных недостаточно для точных выводов. Но это не первый раз, когда происходит что-то подобное. В прошлый раз при детальном сканировании мы тоже заметили резкие изменения в показаниях.
— Ты что-то заметил за ночь? — неожиданно спросил Найлз, не отрывая глаз от экрана. — Какие-то закономерности в показателях?
Аарон замешкался, чувствуя, как его сердце забилось быстрее. Он бегло оглядел лица коллег, пытаясь понять, догадываются ли они о его вчерашнем приключении.
— Только странные колебания частот и временных меток, — наконец ответил он.
Танака подошёл к столу, заваленному графиками и распечатками, которые Аарон подготовил ночью. Он бросил взгляд на один из листов, затем сверил его с другим, который держал в руке.
— Эти частотные пики... они совпадают с интервалами, предсказанными моделями супергравитации, — произнёс он тихо, как будто не хотел привлекать внимание. — Мы можем объяснить это только в том случае, если зона действительно искажает пространство-время на множественных уровнях.
Найлз снял очки и, потирая уставшие глаза, спросил:
— Что это значит для наших наблюдений?
Аарон бросил быстрый взгляд на его усталое лицо, задумавшись, спал ли тот вообще за эту ночь.
Танака вздохнул, его лицо стало задумчивым, как будто он решал, стоит ли озвучивать свои выводы. Фёдоров, потирая бровь, выглядел так, будто вот-вот сорвётся — ещё немного, и он мог бы выплеснуть свою ярость на кого угодно.
— Хорошо, — Танака наконец нарушил молчание, но снова сделал паузу, словно собираясь сказать нечто невероятное. По лицу Фёдорова было видно, что его терпение иссякает. — Мы не можем исключать вероятность того, что эти сигналы из другого измерения.
Фёдоров взорвался:
— Да вы серьёзно? Мы это уже обсуждали вчера! И теперь вы решили ошарашить нас этой «новостью»? — его голос был наполнен напряжением, каждый в палатке понимал, что он на грани.
Танака с самурайским спокойствием ответил:
— Успокойтесь и дослушайте, — его голос оставался ровным, но в нём ощущалась стальная решимость. — Анализ спектра показывает, что эти колебания могут быть связаны с гипотетическими струнными объектами. Это подтверждает, что зона — не просто физическое искажение.
Он вновь замолчал, как будто собирался с мыслями перед тем, как продолжить:
— Я вижу два возможных объяснения: либо сигналы проходят через многомерные слои, либо мы имеем дело с сознательным манипулированием со стороны иных сущностей.
Найлз откинулся на спинку кресла и внимательно оглядел присутствующих, его взгляд задержался на Аароне, словно он пытался прочесть его мысли.
— Давайте уже начистоту, — голос Фёдорова резанул тишину. — Вы хотите сказать, что эти существа могут использовать зону как канал для взаимодействия с нашим миром?
Танака кивнул.
— Это объясняет многие аномальные явления, в том числе когнитивные искажения, которые мы наблюдаем. Возможно, всё это — следствие внешнего воздействия.
Аарон почувствовал, как взгляд Найлза сосредоточился на нём, неприятно пронзая его мысли.
— Великолепно! — саркастически бросил Фёдоров, резко поднявшись со стула. — И что нам с этим делать? Доложить, что какие-то иномирные существа устраивают нам конец света?
— Я сказал, что это гипотеза, — Танака ответил жёстко, сжимая челюсти.
— Александр Николаевич, давайте не будем торопиться с выводами, — ровным тоном вмешался Найлз. — Это лишь одна из версий.