Ведущая внимательно слушала Вайнера, затем продолжила:
— Очень интересно. Скажите, каковы, по вашему мнению, мотивы другой цивилизации, которые могли привести к таким последствиям?
— Боюсь, что мотивы внеземной цивилизации для нас навсегда останутся загадкой, — ответил Адамс. — Более того, нам неизвестно, были ли они вообще. Не исключено, что это все было не более чем трагической случайностью. Мы сами инициировали доставку объекта на планету, который, возможно, никогда не должен был туда попасть. Однако тот факт, что взрыв и появление зоны были спровоцированы сканированием объекта планеты на наличие органики, позволяет предположить два варианта: либо это была попытка преобразовать планету в пригодную для их формы жизни, либо, что более вероятно, уничтожение.
— Как вы думаете, профессор Адамс, зачем другой цивилизации уничтожать нас и все, что зародилось на нашей планете? — ведущая пыталась вывести профессора на более животрепещущую тему для зрителя, далекого от науки.
— Здесь можно только предполагать, — Адамс поправил очки. — Мотивы совершенно другой формы разума мы не сможем понять.
Ведущую явно не устраивала такая форма ответа. Она продолжала попытки вывести ученого на откровения, которые привлекут среднестатистического зрителя, жадного до любопытной информации, желательно поражающей воображение.
— И все же, я думаю, что мы все были бы рады услышать ваши предположения по этому вопросу, — с улыбкой, начинающей раздражать Адамса, ведущая более настойчиво склоняла его к ответу.
Он начал перебирать пальцами, несколько секунд раздумывая над ответом, который избавил бы его от необходимости выглядеть как очередной сумасшедший из шоу, в которых подсадные ученые рассказывают о том, как грибок в ванной заставляет человечество покупать роботы-пылесосы.
— Мы каждый день сталкиваемся с другими формами разума. Если в ваш дом залетит, например, оса, что сделает большинство? Я думаю, что без угрызений совести прихлопнет это существо. Несмотря на то, что у ос также довольно сложная и любопытная организация. Мы отдаленно понимаем ее мотивы, но так ли они интересны для среднестатистического жителя нашей планеты? А для осы все продукты нашей цивилизации не больше, чем набор цветов и запахов. Если вдруг все человечество вымрет, осы даже этого не заметят. Все, что мы считали своими достижениями, вершиной эволюции, гениальными произведениями искусства и технологий, станет просто информационным мусором. Я думаю, что прежде чем пытаться понять мотивы разума, который зародился, возможно, в другой галактике, мы должны научиться понимать наших земных соседей. Но нам это не под силу, мы способны понять только то, что хоть и отдаленно, но напоминает нас самих. Если нам недоступно понимание даже наших земных соседей, то попытка объяснить нечто более развитое, зародившееся в другой галактике, будет пустым переливанием из пустого в порожнее, далекое от истины, — Адамс закончил свой монолог, посмотрев на ведущую свысока.
Та в ответ, обнажив свои белоснежные зубы в попытке скрасить неловкость улыбкой, снисходительно усмехнулась.
— Доктор Вайнер, — посмотрев на него с надеждой в глазах, обратилась ведущая, — возможно, вы можете что-то сказать по этому поводу.
— Я считаю, что это был контакт, — с серьезным лицом ответил Вайнер.
— Контакт? — удивленно переспросила женщина, хотя ее глаза уже загорелись от предвкушения интересной темы. — Но как это объясняет, что была уничтожена вся жизнь в зоне?
— Никак, — Вайнер сохранял полную серьезность. — В наших представлениях укоренилась идея, что контакт — это условная летающая тарелка, в которой сидят несколько особей, вроде зеленых гуманоидов. И когда они прилетят на Землю, мы будем искать способы найти общий язык. Причем способы общения с ними будут также соответствовать нашим уже укоренившимся представлениям — например, посредством языка, письма, кода и так далее. Мы не предполагали, что взаимодействие может быть посредством неизвестных нам волн или даже частиц. Как верно подметил профессор Адамс, мы не можем даже в теории общаться с осами, но ждем, что инопланетный разум будет понимать нас при помощи способов, доступных исключительно нам. И с чего мы вообще взяли, что контакт будет именно с нами? Мы вершина эволюции пока что только в нашем представлении. Вы не задумывались, что мы не более чем примитивные обезьяны для такой формы разума? Почему они выбрали бы именно нас? Почему не тех же насекомых, а может быть даже вирусов? А может быть, на нашей планете все это время присутствовала другая разумная форма жизни, которую мы не могли воспринимать таковой, как те же осы не могут воспринимать нас?