Внезапно всё вокруг потемнело, и перед глазами Аарона промелькнули образы событий, которых он никогда не проживал: он и его отец отправляются в зону, ощущение надвигающейся угрозы и неизбежности.
Реальность снова сместилась, и Аарон оказался один перед тоннелем, не имея представления, как он туда попал. Туман, ещё недавно сгущающийся вокруг, начал приобретать ровную поверхность, как успокаивающаяся водная гладь после броска камня. Туман слился с землёй, оставив её в первозданном виде. Видение постепенно исчезло, оставив после себя лишь тяжёлое чувство в груди.
Аарон стоял неподвижно, пытаясь осмыслить увиденное. Видение было слишком ясным, чтобы быть простым плодом воображения.
— Я знал, что ты будешь здесь, — раздался позади него знакомый голос Джеймса, нарушая тишину.
Аарон резко обернулся в сторону голоса, пытаясь разглядеть фигуру в тумане. Джеймс подошел ближе, его лицо было спокойным.
— Я не знаю, как я сюда попал, — Аарон осматривался вокруг, пытаясь понять, что происходит.
— Не переживай, — спокойно ответил инженер, подходя ещё ближе. — Но ты же чувствовал это? — Джеймс посмотрел на него с серьёзным выражением, заставив Аарона задуматься, шутит он или нет.
Аарон всматривался в лицо коллеги, не понимая, что происходит и один ли он здесь.
— Где остальные? — спросил Вайнер, оглядываясь в непроглядном тумане.
— В лагере, — ответил Джеймс. — Спят.
— А ты? — Аарон нервно сглотнул.
— Я здесь, — ответил Джеймс, как будто происходящее было чем-то обычным. — Когда ты сюда пришёл, я понял, что всё идет как должно.
Аарон присмотрелся к Джеймсу, заметив в его поведении что-то странное, не соответствующее его обычному настроению.
— Как должно быть? — Вайнер нахмурился, пытаясь понять.
— Ты же понимаешь, что всё это — бессмысленные попытки? — голос Джеймса прозвучал словно эхо, его слова отдавались в голове Аарона, вызывая тревогу. — Мы, как мухи в банке, бьемся о стекло, пытаясь разгадать загадку, ответ на которую был перед нами с самого начала. Достаточно было просто видеть и слушать...Ты не видишь? Мы сами — часть этой аномалии, и выхода нет.
— Что ты имеешь в виду? — Аарон пытался разобраться в его словах, ещё не до конца осознавая происходящее.
— Мы не должны были существовать в этой реальности, — продолжил Джеймс. — И нам нужно это исправить.
Аарон отступил на шаг, настороженно вслушиваясь в его слова.
— Зачем тогда ты пошёл сюда? — спросил он, не понимая, к чему клонит Джеймс.
— Хочешь, я признаюсь тебе кое в чем? — Джеймс слегка усмехнулся, как будто колеблясь. — Я тогда соврал тебе, что ничего не слышал в первую ночь здесь. Я тогда не спал, был возле периметра. Это место звало меня. Я видел нечто. Что-то, что выходит за грань нашего понимания. Будто само время... не пространство, а именно время... искривилось, запуталось.
— Видение? — уточнил Аарон, продолжая осторожно пятиться назад. — У меня тоже были видения, но я не до конца понял, что они означают.
— О! — воскликнул Джеймс, но его голос заглушался искажениями. — Ты поймёшь, когда придёт твоё время. Это как теория Фейнмана...
— Какое отношение это имеет ко всему? — в груди Аарона росло беспокойство.
Джеймс лишь усмехнулся, продолжая смотреть в туман, не отвечая. Тишина, прерываемая только искаженными звуками и осторожными шагами Вайнера, окутывала их.
— Что-то вмешалось в наш мир. Наша реальность теперь зациклилась, — продолжил Джеймс, игнорируя вопрос Аарона. — Но цикл больше не завершён. Он сломан.
— Ты говоришь о запутанности? Об аномалиях? — Аарон пытался найти логику в его словах, словно хватаясь за возможность понять хоть что-то.
— Мы стали частью и причиной этой запутанности. То, что происходит здесь, в этой зоне... это не просто аномалии, — Джеймс посмотрел на него внимательно, будто пытаясь понять, улавливает ли Аарон суть. — Это следствие нарушенного цикла, который никогда не должен был быть прерван.
Но в глазах Аарона не было понимания.